Ролевая игра по Naruto. Школьная жизнь. NС - 21

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Фанфики

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Убедительная просьба к выкладывающим:
1.Указывать автора
2.место,откуда взят фанфик
3.Фанфики личного сочинения приветствуются(Дерзайте)

2

1. Дейдарка
2. beon.ru
Дейдара (напомню: кольцо на указательном пальце Дея означает ‘Blue’): О! привет Сасори, рад тебя видеть!
Сасори (устало): да привет…
Дейдара: Стареешь друг!=) (хлопает Сасори по спине, отчего тот падает мешком)
Сасори (второе упоминание: Сасори – это почти не человек, у него только сердце живое (марионтка)):О. Японский Бог! Ща из тебя живую марионетку сделаю! И тогда в моей коллекции их будет 299!
Дейдара: М! Искусство! Обажаю искусство!
Сасори: Придурок! Это убийство!
Дейдара: Искусство-это взрыв, взрыв-это убийство! *сумасшедшие глаза*
Сасори: За что мне этого дубалома?
Дейдара протягивает руку Сасори, помогая ему встать. Сасори неожиданно хватает его за руку.
Дей: Эу! Осторожно! Мой маникюр дорого стоит!
Сасори: Да ничего у тебя не стоит!
Дей: Выбирай выражения, друг!
Сасори: Иди ты! *Сасори ткнул его чем-то*
Дей: Что ты делаешь??? А? Ты, ***, яд пустил мне в ногу!!!!
Сасори: Отсоси!
Дейдара: Что???? *Глаза с блюдце*
Сасори: Да ну яд высоси, придурок! Он не смертельный!
После секундной паузы, когда всё пришщло в норму,Дейдара нежно кладёт руку на щеки Сасори. Сасори отпрыгивает назад.
Дей: Ма… Ты што опять ботексом заливался????
Сасори: Тише, придурок, вдруг кто услышит!!!!! О_о
Дей: А ты видел?
Сасори: Что?
Дей: Орочимару… оставил засос Саске! В лесу!
Сасори (с издёвкой): Ба! И што?
Дей: И я хачу!
Сасори (опуская глаза к земле): Великий Джинчуурики, избавь меня от этого?!
Дей (мечтательно): Ты не видел как плавно он залетел… в лес…
Сасори: Орочимару залетел от Саске?!
Дей: Нет мля от Сакуры!
Сасори: … Ой, глянь птичка летит!...(поднимает глаза к небу) Э… Ой… Да бля, эти птички только срать умеют!
Дей: Ась нет! Они ещё и взрываются.
Сасори стоит в ауте не двигаясь, просто лупится на Дейдару.
Дей: Почему ты выглядишь так, словно у тебя яицо отвалилось?
Сасори (круглые глаза, рука к штанам летит): Че опять что ли?
Дей: Круто! Оно у тебя отваливается? (подходит к Сасори)
Сасори (отпрыгивает): Эй, отвали!
Дей: Детский сад! Те скоко? От 20 до 30?
Сасори: Вроде как…
Дей: В 80 уже не интересно будет! (подходит ещё ближе)
Сасори (с ужасом на глазах врезается в скалу позади): О, Аллах в синих штанах, убей меня ап стенку!
Дей: Мммм… можно начать с прилюдий! Давай просто поговорим?
Сасори: О,мрак! Чем дальше ты отстранишь мою пытку тем быстрее я устану…
Дей: Мля… Допустим… Откуда ты родом? Ведь я о те почти ничего не знаю!
(Эх… Следующий прикол я хотел придержать для своей книги… Но у меня нет терпения ждать до 10-ой главы! Так что угурайте на здоровье! Угумс, срост!=))
Сасори: Ну… Я родом из Сибири. Ну знаешь, страна снега. Там у каждого дома есть своя нефтянная скважина. Все мажоры! В школу мы ездим на оленях. Там нам преподают два урока: Первый труд и Второй труд! Но самое западное место в Сибире это театр с-е-кса! (протянул он последе слово) Там сутками так называемые актёры...
Дей: Харе про актёров! Сам хачу!

3

Название: Стать равной
Автор: Татиана ака Тэн
Бета: пока нет
Фэндом: Наруто
Пейринг: Сакура/Ино
Рейтинг: PG
Жанр: хоть убейте, не знаю =(
Дискламер: мне ничего не принадлежит
Написано для Саблезубого Хомячка

Взято по ссылке: http://shino-forever.diary.ru/?comments … d=40786673

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Все тело ломит от усталости.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Руки дрожат. Ноги подкашиваются.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты должна стать сильной.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты должна стать равной ей. Хотя бы равной. Сильнее ты не будешь никогда, ты поняла это давно.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты называла ее нераскрывшимся бутоном.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты была права.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

В Академии первой была она, а не ты. В команду с Саске-куном попала она, а не ты. Обучаться у Тсунаде-самы стала она, а не ты.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Твои напарники недоумевают, глядя на то, как ты истязаешь себя. Ты тренируешься с раннего утра и до позднего вечера. Ты почти не ешь, утверждая, что нельзя тратить время.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты одержима. Теперь ты понимаешь тех, кто тянется к силе.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Недавно ты видела, как ее ругала Тсунаде-сама. Она смогла разрушить лишь 9 стен из 10. Ты не можешь разбить даже одной. Ты слаба.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Когда-то давно ты была права. Бутон расцвел, превратившись в прекрасный цветок.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты должна стать сильнее. Не для того, чтобы победить ее. Не для того, чтобы хвастать силой. Тебе даже плевать на Саске-куна.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

Ты должна стать сильнее, чтобы она обратила на тебя внимание. Чтобы она посчитала тебя равной.

Шаг. Выпад. Отход. Шаг. Выпад. Отход.

И ты станешь сильнее. Иначе и быть не может. Потому что ты полюбила цветок.

4

Вернулась мания по фикам. Вот сегодня напоролся.

Название: Совершеннолетие
Автор: Nakago_in_Kuto
Жанр: яой^^
Персонажи/пары: Kisame\Itachi
Рейтинг: NC-17 ну или 21…я не очень разбираюсь в этих рейтингах.
Статус: закончено
Заметки: Грязный жесткий яой. Любителям нежностей и соплей частично противопоказан.
Краткое содержание: Очень пошлый яойный фанф НЕ моего авторства.
В общем, читайте...xDDD
Источник: http://hapyto.ucoz.ru/board/10-1-0-227

читать дальше«Он такой забавный…
Сегодня как раз тот самый день, он как всегда замкнут, но именно в этот день его одиночество становиться таким очевидным…
Он задумчиво вертит чашку в тонких пальцах…
Как ни посмотри, а всё-таки, не смотря на всю свою силу, ум и гениальность он всё ещё ребёнок… и только я знаю об этом. 13 это 13, и каким бы ни был человек он так и останется 13ти летним… юный гений, погубивший своих родных. Я тогда тоже не был особо взрослым…
Иногда он бывает таким наивным,… к примеру, в прошлый раз, когда я предложил ему саке, он отказался под предлогом того, что он ещё несовершеннолетний…и это преступник S-ранга… хм… ухмыляясь, я наблюдаю за ним, но теперь этого оправдания больше нет…»

«Сегодня мне исполнился 21 год…
Не знаю как, но Кисаме всегда знает когда настаёт этот день… день моего появления на свет.
Внимательный, но не слишком, заботливый, но не назойливый,… если вдуматься, он всегда опекал меня… с того самого дня, когда я вступил в организацию и нас сделали напарниками…
Я так привык к нему, что он всё время рядом, к тому, что если что, я всегда могу положиться на него… даже к его экстроодинарной внешности… ну подумаешь у него синяя кожа… кому какая разница… вон у Дейдары рты на руках а у Зетсу куст…
Постоянно вместе… он идеально дополняет меня, огонь и вода, мы словно две части единого целого…
Ну вот, опять он на меня так смотрит… так пристально,… я это чувствую…
Медленно поднимаю взгляд, так и есть..»

- Эй Итачи-сан! Это надо отметить! - Ухмыляясь ещё шире, Кисаме махнул официанту. – Саке!
- Но…

«Он в замешательстве, хотя и не показывает этого,… хм… могу поспорить, что великий гений клана Учиха ни разу ни пробовал спиртного.
Ловко и быстро разливаю саке по стаканам и ставлю один у него перед носом.»
- Совершеннолетие бывает только раз в жизни, так что сегодня Итачи-сан уже взрослый…
«О… он сердиться… думает я этого не вижу хм… иногда стоит поддразнить его.»

- Взрослый… - «с досадой обозреваю подсунутую ёмкость, я стал взрослым в тот день, когда уничтожил свой клан! Этот Кисаме…» Пальцы, словно сами по себе, сомкнулись вокруг стаканчика. «Этот его ободряющий насмешливый взгляд… какого…»

«Опа… залпом и даже не поморщился,… совершенно женским жестом прижал ладонь к губам, глаза отчаянно ищут на столе что-нибудь, что бы закусить… с улыбкой протягиваю ему кусочек хлеба. Ох уж эти его попытки сохранить лицо…»

«Ксо… какая дрянь… прижимаю ладонь к губам, стараясь хоть как-то унять пожар во рту… это в сто раз хуже катона… быстро зажевываю протянутый хлеб.
Как это вообще можно пить…
Странно,… но по телу распространяется какое-то приятное тепло… чего это он ухмыляется?...»

«Ну так и есть… удовлетворёно кивнув самому себе опрокидываю свою порцию и разливаю по новой, он послушно берёт свой стакан, всё-таки он такой правильный…губы сами по себе растягиваются в ухмылке»

«Что смешного?... Я взрослый! Ксо… кажется я рассердился...»

«О… как он хмурит брови. Стараясь сдержать смешок, я поднимаю стакан»
- Кампай!
- Кампай… - «как-то рассеяно я повторяю движение Кисаме, а… вторая пошла уже легче…хм… что-то мне жарко…»

«Румянец! Чёрт возьми! Это определённо того стоило! Он ещё и плащ расстегнул… интересно, на сколько его хватит...?»
- Ещё разок? – «Лукаво подмигиваю».
- Угу…

«Сам мне стакан протягивает, прогресс…»
Кисаме откинулся на стуле, лениво потягивая спиртное и с интересом разглядывая захмелевшего Итачи.
- Ик… ой... что за… - закрывая рот ладошкой, пробормотал тот, смущённо глядя на напарника.
- Ничего, Итачи-сан. – Кисаме отсалютовал ему стаканом. «Хм… иногда он ведёт себя прямо как девчонка… когда красит ногти… когда, только проснувшись, трёт глаза руками,… когда расчёсывает свои роскошные чёрные волосы… и вот сейчас… этот жест этот взгляд… этот румянец… Тачи-тян…»
- Пойдём в номер? – «ненавязчиво предлагаю я»
- А как же… - «его взгляд как-то растерянно скользнул по столу.»
- А с собой возьмём. – «конфеты да?... Итачи-сан любит сладкое… прошу официанта собрать еду и покупаю Итачи леденец на палочке… всегда хотел посмотреть, как он будет его есть и сейчас, кажется подходящий случай…»
- Конфетка… - «радуется ну прямо как ребёнок,… а… о боже…»

«Что это он на меня так уставился?... Даже рот открыл,… старательно обсасывая леденец я слегка приподнимаю бровь. Всё в каком-то тумане… такое странное чувство…»
- Что? – «Выпустив конфету изо рта, спрашиваю я».
- Ничего. – «Он мотает головой и кивает в сторону лестницы.»
- Ну, вот и отлично! – «Как-то уж слишком бодро улыбаюсь я, это не к добру, но мысли мои неожиданно возвращаются к леденцу, давно хотел такой,… но всё как-то стеснялся что ли,… это ведь для детей… »

«Не могу больше просто смотреть на это,… ксо… он вряд ли сам понимает, как эротично это выглядит со стороны, моё воображение рисует совсем другую картину,… рассеянно закусив колечком кальмара, я иду за ним по лестнице к нашему номеру.
Готов поспорить на что угодно, что он никогда такого не делал,… до 13ти вряд ли успел, а потом, потом он всё время был на виду...»

«Лестница как-то подозрительно покачивается… хм… и коридор… ну и жара... зажав конфету во рту, безуспешно пытаюсь попасть ключом замочную скважину…»
- Давай я. – «Кисаме накрывает мои руки своими,… они у него такие большие... и тёплые…»
- Угу… - «леденец в зубах мешает внятному ответу, да он и не требуется…»

Уверенно распахнув дверь, Кисаме слегка подтолкнул Итачи внутрь и, войдя, запер замок изнутри.
«Он такой невинный… как я могу думать об этом.. хм…
Невинная жестокость… преступник S-ранга да?..»

Итачи слегка споткнувшись, оказался в комнате.
- Жарко… - протянул он, и плащ лёгким движением соскользнул с его плеч на пол, облизав конфету, он посмотрел на Кисаме томными пьяными глазами. «Что это он на меня так смотрит?... у меня что-то на лице?» Итачи потёр внезапно зачесавшийся нос ладошкой.

Кисаме, тряхнув головой, прошел мимо него и, тоже сбросив плащ, сел на кровать, раскладывая принесённую еду на тумбочке.
Налив ещё саке, он похлопал ладонью рядом с собой в приглашающем жесте.
«Ну… и как ты поступишь Итачи-сан?»
Но тот, как ни в чём не бывало, уселся рядом и, старательно обсосав леденец, вопросительно посмотрел на Кисаме.
- На, - тот протянул имениннику стакан, - пей, Итачи-сан.
Учиха послушно выпил и это, голова окончательно отяжелела, и он невольно положил её на плечо напарника.
- Я как-то странно себя чувствую… - пробормотал он, всем весом наваливаясь на Хосикаге.
«Ксо… пан или пропал!» Кисаме медленно поднял руку и мягко погладил его по волосам.
- Кисаме... – Итачи пьяненько заулыбался, зарываясь носом в его плечо.
Тот вместо ответа осторожно запустил руку ему под майку.
- Что… что ты делаешь?... – захихикал Учиха, - щекотно…
Он ещё не вполне осознавал сложившуюся ситуацию.
- Итачи-сан… - Кисаме резким движением стянул с него майку через голову.
- Эй! - пошатнувшись на кровати, Итачи прижал руки к груди, - Ты чего?.. - едва слышно прошептал он.
- Я хочу научить тебя одной интересной вещи… - И, не подумав останавливаться, тот аккуратно уложил зажавшегося Итачи на кровать, наклонившись к напарнику, он поставил руки по обе стороны от черноволосой головы.
- Какой?... – тихо спросил тот. «Что он собираться делать?...» лёгкая паника мгновенно испарилась, уступив место любопытству.
«Ксо… эти наивные глаза… Не смотри на меня так Итачи-сан, а то моя решимость…» Склонившись ещё ниже Кисаме слегка коснулся губами его шеи.
- Скоро узнаешь…
- А… - чужое дыхание обожгло кожу, а последовавшее за ним мягкое прикосновение заставило его невольно выгнуться, откидывая голову, всё тело напряглось как струна.
«Он что уже сдался?..» Чувствуя его дрожь, Кисаме не сдержался и прикусил нежную шейку. Итачи вскрикнул, широко распахнув глаза, и упёрся непослушными руками в его плечи, почувствовав привкус железа во рту, тот разжал зубы и нежно зализал укус.
Боль сменилась удовольствием, и Учиха прижался к нему, дрожа всем телом.
«Какой чувствительный…» хмыкнул про себя Кисаме, «а всё-таки Орочимару не смог получить его… впрочем,… не думаю, что вообще кому-то удалось получить его задницу,… посмотрим, что у меня выйдет…» он принялся покрывать осторожными поцелуями его шею и плечи.
«Шея болит…» Итачи слабо попытался оттолкнуть напарника, что получилось довольно фальшиво, «что он делает… это же неправильно…» но все возможные возражения застряли у него в горле, остановленные новой волной удовольствия.
Пальцы Кисаме легко скользнули в черные волосы, распуская хвостик. Склонившись к его губам, он замер в нерешительности буквально в миллиметре от них. Глаза Учихи пристально смотрели на него с каким-то пьяным интересом, наконец, решившись, Кисаме мягко провёл языком по его нижней губе. Итачи шумно выдохнул от такого прикосновения,… глаза закрылись сами собой. Восприняв это как сигнал к действию, тот, наконец, смял его губы в страстном поцелуе, глубоко проникая языком в его рот.
Итачи протестующее замычал и резко сжал зубы.
«Кажется, будет сложнее, чем я думал…» облизав прокушенную губу, Кисаме испытующе посмотрел на него сверху вниз, дыхание парня сбилось, глаза то краснели, то вновь становились чёрными. «Похоже, он не может сконцентрироваться…впрочем, в этом нет ничего удивительного,… всё-таки он сильно пьян,… да и я не особо трезв…»
Про утро Кисаме предпочитал не думать. Он снова наклонился к его губам, но Итачи быстро отвернул голову.
- Прекрати… - едва слышно прошептал он.
- Брось Итачи-сан, расслабься… - пальцы Кисаме резко сжались в его волосах, заставляя его повернуться обратно.
В его чёрных глазах застыло какое-то по-детски наивное выражение, словно он простодушно удивлялся: как так… почему ранее всегда послушный напарник, вдруг вышел из-под контроля. Непослушными руками он попытался разжать железную хватку Кисаме, но тот только сильнее сжал руку, почувствовав, как рвутся волосы, Учиха поднял на него отчаянный взгляд.
- Зачем?...
Но Кисаме только улыбался в ответ, у него был большой опыт в подавлении сопротивления.
Внезапно вспомнив страшную судьбу всех девушек, которые были у Кисаме, Итачи прекратил свои бесполезные попытки и полностью расслабился.
«О… вот это разумное решение, но не надейся, отделаться от меня подобным образом тебе не удастся…». Выпустив волосы, Кисаме нежно погладил Итачи по щеке, огрубевшими от тяжелого меча пальцами, мягко очертив контур губ большим пальцем, он сильно оттянул уголок в сторону, с интересом наблюдая за тем, как меняется выражение лица напарника. «Стоп… это же Итачи-сан… надо быть посдержанней…» одёрнув себя, Кисаме убрал руку, но лишь для того, что бы плавным движением провести ладонью по его груди и животу, одновременно втискивая колено между его ногами. Чувствуя, как напряглось тело Итачи, Хосикаге удовлетворёно улыбнулся и накрыл рукой небольшую выпуклость на его брюках, пристально глядя в его лицо, Кисаме принялся слегка поглаживать её.
Итачи вздрогнул и закусил губу, безуспешно стараясь сдержать теплую волну, рождающуюся от этих неназойливых прикосновений. Его тело больше не принадлежало ему, не удержавшись, он тихо застонал и выгнулся навстречу его руке, не обращая внимания на то, что кровь из прокушенной губы тонкой струйкой стекает по подбородку.
Неожиданно пальцы сильно сжали уже затвердевшую плоть, заставляя Итачи жалобно вскрикнуть от боли. Выпустив напарника, Кисаме сел и принялся решительно раздеваться.
Итачи смотрел в потолок расширенными глазами и старался хоть как-то восстановить сбившееся дыхание, никогда ещё он не чувствовал себя таким беспомощным… безумно захотелось убежать, поддавшись этому порыву, он неуклюже сполз с кровати и, держась за стену пошатываясь направился к двери. Перед глазами всё плыло и покачивалось, пальцы коснулись прохладного металла дверной ручки, но дверь оказалась заперта.
- Ксо… - простонал он сквозь сжатые зубы.
- Куда это ты собрался Итачи-сан? – большие тёплые руки мягко, но настойчиво обняли его за таллию.
Слабые попытки освободиться привели лишь к тому, что его с силой швырнули на постель, Итачи ударился головой о спинку кровати, так, что из глаз посыпались искры, сквозь туман в голове он слышал шаги приближающегося Кисаме и его раздраженный голос:
Обычный- Почему… ну почему никто не хочет по-хорошему? Даже ты… а? Итачи-сан? – Кисаме был зол.
- По-хорошему?... – одними губами повторил тот, поднимая на него взгляд.
Рыбьи глаза свирепо смотрели на него сверху вниз.
- Не в этом дело… - он с трудом сел, и осторожно взял напарника за руку.
Почувствовав это робкое прикосновение, Кисаме подавил свой гнев и вопросительно посмотрел на него.
- Мне всё равно, какой ты… просто… - на щеках невольно появился румянец, Итачи покрепче ухватился за его руку, словно найдя в ней надёжную опору, – просто… - он замолчал, только сильнее сжимая пальцы.
Кисаме помолчал немного, задумчиво разглядывая его лицо, а потом мягко погладил напарника по волосам. «Он смущён… это просто что-то… этот румянец… эти приоткрытые губы…» аккуратно взяв его за подбородок, Кисаме не удержавшись, мягко поцеловал напарника, постепенно углубляя поцелуй.
Голова начала кружиться от недостатка воздуха и от такого поцелуя, Итачи ухватился руками за плечи напарника, до крови царапая горячую синеватую кожу.
Наконец отпустив его, тот толкнул жадно хватающего ртом воздух Учиху обратно на кровать и вполне целенаправленно стащил с него штаны, оставив их покоиться на лодыжках.
Внезапно Итачи почувствовал себя совершенно беззащитным, он лежал голый на кровати, под пристальным цепким взглядом напарника, который изучал его тело. Это только ещё сильнее смутило его. Довольно ухмыльнувшись, Кисаме вытянулся рядом, прижимая его к себе, ощущение нежной кожи Итачи прижимающегося к нему, просто сводило с ума, его неровное дыхание…, грубые пальцы Хосикаге мягко провели вдоль его позвоночника и слегка сжались на ягодицах, заставляя парня тихо застонать и ещё сильнее прижаться к напарнику. Он всем телом чувствовал исходящий от него жар, что-то твёрдое и большое упиралось в его бедро. При мысли об этом по телу Итачи побежали мурашки, он уже знал, чем закончиться для него эта ночь... Почувствовав, как тот дрожит, Кисаме слегка отстранился и принялся покрывать его тело нетерпеливыми грубыми поцелуями, он яростно ласкал его, жадно впитывая почти жалобные стоны напарника, черноволосая голова металась по подушкам из стороны в сторону, стащив с него всё ещё мешающие штаны, Кисаме отбросил их далеко в сторону.
- Итачи-сан… - Он вытянулся рядом, вглядываясь в лицо партнёра потемневшими глазами.
- Что… - Медленно подняв руку, Итачи коснулся щеки Кисаме, осторожно обведя пальцами контур жабр.
Взгляд Хосикаге впился в его приоткрытые губы.
- Ты ведь любишь конфеты, а, Итачи-сан… - резко перехватив его руку, он опустил её вниз, заставляя коснуться своей возбуждённой плоти.
Глаза Учихи непроизвольно расширились, она оказалась горячей и до ужаса живой, пальцы послушно обхватили пульсирующую твёрдость.
- Давай, сделай это… - хрипло прошептал Кисаме, оскалив в усмешке свои неестественно острые, нечеловеческие зубы. - Ну же… - он уселся поудобнее, облокотившись на спинку кровати и слегка надавил на плечи напарника, задавая ему нужное направление.
- Я… - все возражения испарились, как только Итачи встретился с ним взглядом. «Беспросветная тьма, отчаяние, помноженное на похоть,… я не могу отказаться, для него это будет означать предательство,… словно я тоже вижу лишь его нестандартную внешность, и тогда я разделю их судьбу,… но я ведь не хочу по-плохому верно?...»
- Хорошо… - едва слышно произнёс он и, спустившись вниз, посмотрел на то, что сжимали его пальцы. «Какой большой…» невольно поразился он, «Что я должен делать?... «Ты ведь любишь конфеты, а, Итачи-сан?» Ну же… представь что это конфета…и…» прикрыв глаза, Итачи осторожно коснулся языком головки.
Кисаме закусил губу, сдерживая стон, и сжал пальцами простыню, подавляя дикое желание надавить ладонью на затылок партнёра.
Чувствуя, как напряглось тело Кисаме, Итачи начал действовать более решительно, пройдясь языком по всей длине, он обхватил его плоть губами и начал медленно посасывать, помогая себе рукой.
Не в силах отвести взгляд, Хосикаге заворожено следил за действиями Итачи, «Его лицо такое серьёзное…» мягкие губы парня плавно двигались вверх вниз, даря ему истинное наслаждение, «и… он делает это сам…» эта мысль особенно возбуждала.
Чувствуя, как член ещё сильнее твердеет, Учиха принялся сосать более активно, свободной рукой он слегка сжал мошонку напарника. Это стало последней каплей, не в силах больше сдерживаться, Кисаме схватил его за волосы, прижимая к себе, и кончил, с силой толкнувшись во влажную глубину. Итачи задохнулся от неожиданности, и протестующе запищав, захлебнулся. Наконец опустошенный партнёр отпустил его и Итачи закашлявшись, скорчился у его ног, пытаясь перевести дыхание, белая горьковатая жидкость текла у него по подбородку, наконец, он оглушительно чихнул, и попавшая не в то горло сперма вышла у него из носа. В этот момент его не особо заботило, как он выглядит, Итачи сглотнул и поднял вопросительный взгляд на напарника.
Покачав головой, Кисаме вытер его лицо краем простыни.
- Иди сюда… - улыбаясь, словно большой довольный кот, он взял Учиху за плечи и подтянул к себе, слегка взъерошивая черные волосы. Некоторое время он просто нежно поглаживал Итачи по спине. «Что ж… для первого раза не плохо…» ухмыльнулся Кисаме, слушая, как выравнивается его дыхание.
Голова Учихи покоилась на груди Хосикаге, и он рассеянно выводил на ней пальчиком незамысловатые узоры. Рука, гладившая его по спине, плавно переместилась ниже, слегка сжавшись на ягодицах, пальцы решительно скользнули промеж аппетитных округлостей.
Итачи слегка вздрогнул и прогнулся в пояснице, позволяя напарнику делать всё, что он хочет, рука на груди Кисаме невольно сжалась в кулак, когда тот, усмехнувшись, надавил пальцем на вход в его тело.
- Н… - Итачи сжался и замотал головой.
- Что? Больно? – вопрос был скорее риторическим, «пожалуй, так, без подготовки не стоит…» Кисаме убрал руку и, взяв того за подбородок, принялся целовать, мягко, но настойчиво, но тот никак не реагировал, «ксо,… но ничего, сейчас я тебя расшевелю…»
Откинув его на спину, Кисаме чуть нагнулся и провёл языком по его груди, мягко обводя контур соска.
- Ммм… - тихо простонал Итачи, прикосновение было невыносимо приятным.
- Нравиться? – усмехнувшись, прошептал Кисаме и вернулся к своему занятию, лаская пальцами один сосок, а языком другой, с удовольствием отметив про себя, что партнёр не остался равнодушным.
Итачи жадно впитывал эти касания, одновременно он чувствовал сильное напряжение между ног, ему хотелось чего-то большего…
Скользнув губами по уже покрывшейся мелкими капельками пота коже, Кисаме принялся, слегка покусывая, целовать его шею. Итачи послушно откинул голову, то бы тому было удобнее, и неожиданно порывисто обнял его.
- Кисаме… - звук имени, хриплым стоном слетевший с губ напарника, был хорошей наградой за все старания.
Решительно проведя ладонью по всему телу, Кисаме легко раздвинул его ноги, поглаживая кончиками пальцев нежную кожу на внутренней стороне бедра, он лихорадочно размышлял, что бы использовать. «Если просто так, то он не то, что сидеть, он ходить потом не сможет… хм…» на глаза попалась баночка с мазью, которой он каждый день любовно полировал рукоять Самехады, «а что?... почему бы и нет…». Довольно заулыбавшись, Кисаме потянулся и подцепил склянку со стола, обмакнув туда палец, он осторожно ввёл его в задницу напарника. Тот застонал от неожиданности и открыл глаза, настороженно глядя на Кисаме, ощущение было странным…
- Не больно? – ухмыльнулся тот, плавно двигая пальцем у него внутри.
- Нет... - Итачи замотал головой, - не больно… - голос резко сел, когда Кисаме коснулся чувствительной точки у него внутри, парень невольно застонал, и подался навстречу руке напарника.
Тот довольно оскалился и аккуратно присоединил второй палец, свободной рукой он обхватил напряженную плоть партнёра и принялся легонько поглаживать её.
Итачи закусил губу, что бы не закричать от удовольствия, дыхание стало рваным, пальцы сжали и без того смятые простыни.
Решив, что тот уже готов, Кисаме вынул руку и принялся сосредоточенно намазывать себя. Итачи молча наблюдал за этими приготовлениями, затуманенными страстью глазами из-под дрожащих ресниц.
Кисаме облизал губы и взялся за колени Итачи, ещё сильнее раздвигая его ноги, наблюдая за тем, как тот в нетерпении покусывает губы, «только я знаю тебя таким Итачи-сан…» он с силой надавил головкой на вход в его тело, мучительно медленно проникая внутрь. «Ты – мой! Итачи-сан… только мой…»
Несмотря на все приготовления это было больно, невыносимо и мучительно. Что бы не кричать, Итачи впился зубами в костяшки пальцев.
- Так больно? Итачи-сан… - Кисаме склонился к нему, - не нужно так делать… - он убрал руку Итачи от его губ и принялся медленно двигаться у него внутри.
Тот, не сдержавшись, громко закричал, впиваясь ногтями в широкие плечи напарника, неосознанно стараясь вывернуться, что бы избежать болезненных ощущений, но тяжелое тело надёжно вдавливало его в постель.
- Тихо… тихо… - не останавливаясь ни на секунду, хрипло прошептал Кисаме, яростно поглаживая слипшиеся от пота чёрные волосы. Он слегка вздрогнул, когда руки Итачи, прошлись по его спине, оставляя кровавые полосы, тело напарника было напряжено как струна. – Ну же, Итачи-сан… расслабься… - он впился губами в его шею, слегка посасывая и прикусывая нежную белую кожу, запах Итачи… вкус крови Итачи… его узкая задница, плотно обхватывающая его член, его хриплые крики, всё это просто сводило Кисаме с ума.
Итачи даже и не думал расслабляться,… он был так сильно напряжен, что движения Кисаме приносили ему одни страдания, он в кровь искусал губы, стараясь сдерживать крики, ногти впивались в спину Кисаме, только ему от этого кажется, было только приятнее.
Ставшие более резкими движения казалось, просто разрывали его изнутри, но вопреки всей этой боли откуда-то из глубины, в нём медленно поднималась волна острого наслаждения, практически неотличимого от неё… дрожащими руками Итачи обнял Кисаме за шею и принялся двигаться, уже сам, задавая нужный темп.
Почувствовав такую приятную перемену, Кисаме ухмыльнувшись, неожиданно перевернулся на спину, так что Итачи немного растерявшись, оказался на нём верхом. Большие сильные руки легли ему на бёдра, заставляя возобновить прерванное занятие, и он, упёршись руками в грудь напарника, послушно принялся двигаться на нём, громко постанывая и кусая и без того в кровь искусанные губы.
Его искаженное страстью и болью лицо, его кажущееся хрупким по сравнению с ним тело, покрытое блестящими бисеринками пота, его мокрые лоснящиеся волосы, его хриплое дыхание… Кисаме старался запечатлеть в памяти каждую, даже самую мельчайшую подробность.
Почувствовав, что напарник порядком подустал, он впился пальцами в его ягодицы и одним движением вышел из него, переворачивая вскрикнувшего от неожиданности парня на живот, и поставив на четвереньки, рывком снова вошел в него и начал неистово двигаться. Итачи впился пальцами в простыни, он больше не сдерживал эмоций, Учиха просто сходил с ума от этих острых ощущений, он стонал, выгибаясь в пояснице, яростно насаживаясь на член напарника.
Удовольствие достигло своего пика, громко выкрикнув его имя, Итачи кончил, пачкая спермой и без того изгаженную потом и кровью простыню. В ту же секунду его дрожащие колени подогнулись. Крик Итачи подстегнул Кисаме и он, дёрнув его на себя ещё пару раз, тоже кончил, наполняя его внутренности обжигающе горячей жидкостью. Почувствовав внезапную усталость, он, тяжело дыша, навалился на ослабевшего напарника, рассеянно перебирая мокрые чёрные пряди. Немного погодя, Кисаме отстранился, осторожно выходя из него, и вытянулся рядом.
Итачи тихо всхлипнул, чувствуя, как сперма напарника, смешанная с его собственной кровью, медленно вытекает из его задницы, сильные руки обняли его и прижали к широкой груди, он неосознанно прижался к Кисаме, который мягко поцеловал его в лоб и натянул на них обоих одеяло. Итачи практически сразу же провалился в забытьё.
- Спи Итачи-сан… - устроившись поудобнее, Кисаме и сам погрузился в крепкий сон.

Проснувшись поздно утром, Итачи невольно застонал, голова болела так, словно по ней уверенно и жестоко били кувалдой. Потирая виски, он попытался сесть, но не тут то было… на его груди, по-хозяйски расположилась синяя рука. Итачи замер, внезапно ощутив, что болит у него не только голова…
«Что за…»
Разбудило Хосикаге неприятное ощущение, что кто-то на него пристально смотрит. Подсознательно чувствуя опасность, Кисаме не спешил «просыпаться».
- Кисаме… - слабо позвал он, и слегка потряс напарника за плечо, это движение отозвалось новой волной болевых ощущений, пытаясь справиться с ними, Учиха между делом обнаружил, что полностью раздет, так же как его спящий напарник. К тому же жутко болела задница, а между ног было такое неприятное липкое ощущение… словно… - Кисаме!
Решив, что притворяться больше нет никакого смысла, тот приоткрыл глаза.
- Да Итачи-сан… - сонно пробормотал он.
- Что… - тот запнулся и неожиданно сильно ударил его кулаком в грудь.
Кисаме охнул о неожиданности и поспешно перехватил занесённую для повторного удара руку.
- Успокойся, Итачи-сан… вчера мы праздновали твоё совершеннолетие, помнишь? Ты выпил саке…
- Ты напоил меня, а потом тр***нул! – Итачи вспыхнул, устыдившись сказанного.
- Итачи-сан… плотская любовь, часть взросления человека… - с философским видом произнёс Кисаме и, не удержавшись, ухмыльнулся, обнажая острые акульи зубы.
- Как у тебя язык повернулся назвать это любовью… - простонал Учиха, упав обратно на кровать, - у меня всё болит,… я хочу пить… ксо…
Кисаме не без удовольствия отметил тот факт, что убивать его, видимо никто не собирается, и, перегнувшись через напарника, налил ему воды из графина на тумбочке.
Глядя, как тот пьёт, как тонкие струйки воды смывают засохшую кровь с искусанных губ, он чувствовал сильнейшее желание обнять напарника, но благорозумие подсказывало, что это-то как раз и не стоит делать.
- Ксо… - жалобно простонал Итачи, возвращая ему стакан, - как же мне плохо…
И тут Кисаме не выдержал, мягко обняв Итачи, он улёгся рядом с ним.
- Ну что ты делаешь… недовольно пробурчал тот, поудобнее устраиваясь в его объятиях, больно скребанув ногтем грудь Кисаме, он со вздохом расслабился, успокоенный его мерным дыханием. – Не думай,… что я простил тебя так легко… - тихо прошептал он, зарываясь носом в грудь напарника.
- Я и не думаю… - в тон ему отозвался Кисаме и неожиданно тепло улыбнулся.
«Итачи-сан… ты всё ещё просто ребёнок…»

Конец.

Отредактировано Yakushi Kabuto (2008-05-12 12:51:07)

5

вспомнилась одна очччень интересная додзя на тему.. уж не по мотивам ли сказчка!!!

6

Itachi Uchiha
Было было. Я лично подглядывал и записывал. :D

7

Itachi Uchiha
Что именно? Что я подглядывал?

8

Itachi Uchiha
Было было.. :) Не обманывайте самого себя.

9

Itachi Uchiha
Ну правильно. Вас же Кисаме напоил. -_-"

10

Itachi Uchiha
Ну спросите спросите. ^_^ Может он ещё что-нибудь интересного расскажет.

11

Itachi Uchiha
Ну вот расскажет, тогда и узнаете. ;)

12

Itachi Uchiha
А что вы так испугались-то? :glasses:

13

Для тех, кому интересно, как проходило детство у Акацук (и не только у них).
Автор: Неизвестен. Если кто знает скажите)
Взят: с какого-то сайта (к сожалению не помню)

***Хроники Акацук или Акацуки в детском садике***
Глава 1
В подготовительной группе детского садика «Золотая рыбка» был тихий час. Главный воспитатель вошёл в спальню проверить, все ли дети мирно спят или как обычно громят собственность детсада.
Воспитатель встал в центр комнаты и стал внимательно осматривать спящих детей. Он был начеку, потому что все спали, а такое случилось в его карьере впервые. На самой ближней к нему кровати спал красивый мальчик с красными волосами в обнимку с куклой, с которой он никогда не расставался. Его звали Сасори – один из самых примерных детей и любимец воспитателей. На соседней кровати лежал странный белокожий мальчуган, похожий на очеловеченную змею. Орочимару, которого боялись все кроме Сасори.
Воспитатель осматривал каждую кровать, и вдруг его затрясло мелкой дрожью, а зрачки резво забегали туда сюда. Этого то он и боялся. Воспитатель нигде не мог найти самого опасного ребенка за всё историю детсада. Взрывоопасного Дейдару, который уничтожил месяц назад все бачки в мужском туалете и покушался на женские. Его нигде не было. Это катастрофа.
- Товарищ главный воспитатель! – воскликнул медленным голосом мальчик из-за спины.
Воспитатель обернулся, и его лицо скривила судорога. Перед ним стоял Кисаме.
- Что… ты х-хочешь? – выдавил из себя потрясенный воспитатель.
- А можно мне передвинуть мою кровать поближе к Итачи сану?
- К-конечно, если тебе так хочется. Но только не сейчас, дождись окончания тихого ча…
Воспитатель запнулся на полу слове, увидев яростный взгляд Кисаме. Кисаме страшный мальчик, он из тех ребят, кто любит вытаскивать рыбок из аквариума и съедать их.
- Ладно, но место рядом с Итачи моё, – разочарованный Кисаме пошёл обратно спать.
«Слава Богу, я ещё жив, - думал воспитатель. – Но худшее ещё впереди, нужно срочно отыскать подрывника пока крыша садика не начала трескаться».
Воспитателя кто-то взял за руку. Холодная струя пота скатилась по его спине.
- Я хочу в туалет, сенсей.
Воспитатель посмотрел в лицо ребёнка и успокоился.
«Фух всего лишь Тоби, а я уж испугался».
- Я хочу в туалет, - повторил мальчик.
- Чего? А в туалет, - очнулся воспитатель. – Это не обязательно спрашивать.
- Я боюсь… идти один. Доведите меня пожалуйста.
Воспитатель всегда прислушивался к страхам своих подопечных и всегда старался им помочь. Он взял Тоби за руку и повёл в туалет. Зайдя туда, он почувствовал неприятный запах, а потом увидел его источник.
- Кто-то забыл смыть, сенсей! – радостно воскликнул Тоби.
Воспитатель долго не мог оторвать свой взгляд.
«Что-то тут не так, - думал он. – Пять минут назад я проверял, и всё было в норме».
- О Боже, – спохватился воспитатель, но было уже слишком поздно.
Дверь туалета захлопнулась и оттуда донесся ликующий вопль.
- Катс!!!
Глава 2
Полдник
На полдник давали самое вкусное лакомство, которое только завозили в детский сад – шоколадные пончики и какао. Заместитель главного воспитателя следил, чтобы всем досталось поровну, и никто не украл пончик у другого.
- Орочимару, немедленно засунь язык обратно, это некрасиво!
- Зато удобно, - сказал Орочимару, выхватив языком пончик из рук Итачи.
Учиха одарил вора убийственным взглядом и тут же закрыл глаза, чтобы не привлекать лишнего внимания. Свидетелей их ссоры быть не должно.
«Чёрт, - подумал Итачи. – Я бы мог вернуть свой пончик даже сейчас, но он облизан этой змеёй, а значит, безвозмездно потерян. Что за день».
- Эй, Кисаме! – крикнул Итачи.
Кисаме услышал своё имя и посмотрел кто его позвал. Лицо Кисаме засияло лучезарной улыбкой от удовольствия, что сейчас он сможет поговорить с обожаемым Итачи саном.
- Что вы хотите, семпай?
- Кисаме, это вопрос жизни и смерти! Ты должен помочь мне.
- Что случилось? Для вас всё что угодно! – улыбаясь проговорил Кисаме.
- Отдай мне свой пончик.
Кисаме опустил голову. Он обожал пончики, но отказать лучшему другу никак не мог.
В самом дальнем углу стоял наказанный, но довольный Дейдара. Сегодня он учинил действительно грандиозную вещь, о которой уже знают во всём садике. Пока подрывник наслаждался своим триумфом к нему кто-то подошёл.
- Дейдара, - голос принадлежал Тоби. – Я выполнил часть своей сделки, теперь твоя очередь. И ещё ты должен мне больше, ведь ты сказал только привести воспитателя в туалет, а о том, что ты собираешься его взорвать, ты молчал.
- Тоби, тебе следовало бы догадаться о моих намерениях, - с улыбкой произнес Дейдара.
- Давай мою награду, я хорошо послужил тебе.
- Ты послужил искусству.
Тоби ухмыльнулся, и эта ухмылка не предвещала ничего хорошего.
- Ну чтож, тогда я расскажу Сасори о том, что ты подменил его пластилин на свою глину, чтобы когда он слепит свою статую, ты с радостным возгласом взорвал её.
- Нет только не Сасори, - подрывнику стало немного не по себе. – Ладно держи свою награду, – Дейдара достал из кармана пончик и протянул его Тоби.
У Тоби потекли слюни от предвкушения. Съесть второй пончик было неслыханным везением.
- Так стоп. Дейдара, а почему пончик как будто облизанный? Ты, что его ел?
- Неа не ел, - заулыбался Дейдара, поняв, что он вышел победителем.
- Твою мать, - разозлился Тоби и пошел к умывальнику, чтобы помыть пончик.
Кисаме, отдавший свой пончик Итачи, сидел у аквариума и зачарованно смотрел на рыбок. Увидев, что воспитатель смотрит в другую сторону, он резко схватил одну из рыбок и стал её рассматривать.
- Быть или не быть, - промолвил Кисаме. – А хотя какая разница, всё равно исход один и тот же, - и с этими словами он закинул рыбку себе в пасть и проглотил её.
- Ох, Кисаме, - раздраженно проговорил подошедший Какудзо. – А ведь мы с тобой могли неплохо на этом заработать, что скажешь а? – Какудзо ненавидел всех, но ради денег, он готов был вести беседу даже с таким как Кисаме.
- Мне это не нужно.
- Да, но если ты согласишься, то я расскажу Итачи какой ты умный и, что ты хороший компаньон, - Какудзо знал, что это один из самых действенных способов, чтобы уговорить Кисаме.
- Правда!? – обрадовался Кисаме. – Ну спасибо тебе, конечно я согласен. Что я должен делать?
- Скажу, но не сейчас. Слишком много свидетелей. Как насчёт завтра во время тихого часа?
- Только не во время тихого часа! – негодовал Кисаме. – Я только пододвинул свою кровать рядом с Итачи и завтра день, когда я целый час смогу провести вместе с Итачи.
«Бедный Итачи, - подумал Какудзо».
- Тогда завтра во время утренней прогулки.
- Годится, - проворчал Кисаме, выхватив из аквариума очередную рыбку.
Зецу опять тошнило, поэтому воспитатель вывел его в медпункт. Сад был на время в расположении детей.
Дейдара возвысился в глазах детей, запрыгнув на стол.
- Поприветствуйте величайшего гения, мастера искусства взрыва Дейдару! – провозгласил подрывник.
- Это было круто, Дей! – похвалил подрывника Хидан.
- Молодец!
- Главный воспитатель небось до сих пор моется.
- А ты действительно подгадал, - сказал Орочимару. – Сейчас по всей стране горячую воду отключили.
- Стараюсь, стараюсь, - купался в овациях радостный Дейдара.
- Это было безысскустно, - спустил с небес Дейдару Сасори.
- Да, что ты буратино можешь об искусстве знать? – разозлился Дейдара.
- Искусство – это утонченная смесь жизни и смерти, кристаллы лет кропотливой самоотдачи. Искусство выше времени, болезней, смерти, выше природы.
- Чего? – не понял Дейдара. – Искусство это когда… Бум!
В Сасори полетели два глиняных воробушка. Тот сразу вызвал с помощью свитков куклу и быстро в неё залез. Прозвучали два взрыва, но они были слишком слабы, чтобы повредить кукольнику. Хвост куклы, с наконечника которого стекали капли яда, устремился в сторону Дейдары. Блондин ловко от него увертывался, под радостные крики и улюлюканья зрителей. Развеселившийся подрывник стал кидать бомбы куда попало, лишь бы нанести побольше повреждений имуществу садика.
В это время, Какудзо побежал в раздевалку и под общую шумиху стал обшаривать карманы детей.
Все были на пики блаженства. Уже никто просто не смотрел на поединок, а все в нём участвовали. Итачи пытался отыскать Орочимару, чтобы отомстить за украденный пончик. Хидан просто отрывался по полной, он даже не утруждал себя уклонятся от летящих в него кунаев. Кисаме, обнаружив, что в аквариуме кончилась рыба, с возгласом «За Итачи!» ринулся в схватку.
В это время, заместитель главного воспитателя привел в подготовительную группу новых детей, чтобы познакомить их со старыми и объединить их в единую группу.
То что он увидел не поддаётся никакому описанию. Сплошной хаос.
- Это, что дурдом? – спросил новенький ребёнок по имени Сазке.
- Зато тут интересно! – обрадовался Наруто.
- Углов на всех явно не напасешься… - отчаянно произнес воспитатель.
Глава 3
Следующий день. Утро.
Из-за непредвиденных обстоятельств знакомство между детьми пришлось на время отложить. Новую группу на время перевели в другое помещение, а старой пришлось как-то жить в полуразрушенной обстановке. Большинство кроватей было разломано, что приводило Дейдару в неописуемый восторг. Игровой зал был похож на испытательный полигон. Заместитель главного воспитателя был вне себя от ярости. Он увеличил время тихого часа. Теперь это тихие 3 часа, что приводило Кисаме в неописуемый восторг. Вместо утренней прогулки ввели уборку и починку помещения, теперь уже никто не смеялся.
- Сегодня уберем первый слой завалов и сразу же пойдем на репетицию! – провозгласил воспитатель.
- Какую ещё репетицию?
- В топку репетицию.
- Помолчал бы, Дейдара. Не хочешь идти на репетицию, тогда оставайся здесь и восстанавливай кровати.
- Э-э-э... ну ладно я готов репетировать. Вот только что именно?
- Мы будем делать театральное приветствие новой группе!
Со всех сторон послышались недовольные стоны и мычания. Больше всех негодовал Какудзо, ненавидевший любые коллективные мероприятия.
- Как всё будет выглядеть? – спросил Сасори, который единственный заинтересовался представлением. – Устроим кукольный театр?
- Нет. Будем играть в живую, как настоящие актёры. У каждого будет своя роль.
- Роль? Ещё и по ролям!?
Опять послышались недовольные стоны.
Актовый зал. Репетиция.
- Ну чтож начнем распределение ролей! Я уже составил весь список, кто кем будет.
- Чёто непонятно, какие ваще роли? Откуда вы их взяли? – не мог ничего понять Хидан.
- Имей терпение, сейчас всё узнаешь. Итак начнём, - воспитатель прочистил горло.
Дейдара на всякий случай стал готовить новую порцию глины, а то как-то тихо тут.
- Роль Сасори будет исполнять Дейдара.
Подрывник чуть не захлебнулся от негодования. По виду Сасори тоже не скажешь, что идея ему понравилась.
- Почему я должен исполнять роль этого деревянного кретина?
- Я тоже не согласен. Как такой неотесанный болван может сыграть меня. Это же немыслимо.
Дейдара ничего не ответил на оскорбления, так как свежая глина ещё не приготовилась.
- Успокойтесь, дети. Как я сказал так и будет. А это буде вам уроком, чтобы понять какого живётся вашим товарищам.
- Никакой он мне не товарищ, - сказал Сасори.
- А ты Сасори, между прочим, играешь Дейдару.
В актовый зал вошёл Зецу, который со вчерашнего дня лежал в лазарете. Он был очень удручён, что не смог поучаствовать во вчерашнем погроме.
- Я играю Дейдару? Ну это просто, надо всего лишь бегать по сцене и кричать не впопад идиотские фразы, - было похоже, что Сасори получал удовольствие от обзывания подрывника. На самом деле Сасори был зол, что из-за Дейдары накроется не один день. Если бы он тогда не начал бы драку, им бы не пришлось часами отчищать помещение.
- Сасори, будь хорошим мальчиком и делай то, что тебе велят.
«Похоже, я знаю на ком можно проверить новую марионеточную технику, - подумал Сасори и вежливо улыбнулся воспитателю».
Зецу, который болел неизвестной болезнью, подошёл вплотную к воспитателю.
- Можно задать вопрос?
- У Зецу чана опять болит живот?
- Он болит не у меня, а у второго меня. Но вопрос не в этом. Кого я должен буду играть?
- Ну, дай подумать, - замямлил воспитатель. – Мне кажется, что такого как ты лучше даже не выпускать на сцену. Забейся в самый дальний угол и сиди там, тебе ведь это отлично удаётся?
Зецу обиженно посмотрел на учителя, а потом на свою группу. Орочимару подмигнул ему и показал язык.
«Бедный Зецу, - подумал второй Зецу. – Вечно тебя принижают и во всём ограничивают. Я думаю, мы должны с этим покончить».
«Сейчас слишком рано, - ответил в мыслях первый Зецу».
- Итак, начнём дальнейшее распределение ролей. Итачи будет играть Кисаме, а Кисаме Итачи.
- Но я не смогу! – испуганно воскликнул Кисаме. – Ведь я просто не в состоянии сыграть такого красавца. Вот посмотрите на Итачи сана и на меня.
- Воспитатель, он прав, - сказал Итачи, на что Кисаме ответил ему улыбкой во все зубы. – Не существует такого грима, который может передать всё уродство Кисаме.
- Да уж… - согласился воспитатель. – Но ничего не поделаешь, придётся попытаться.
Дейдара злобно смотрел на Сасори и ждал окончания готовки новой глины. Он не отличался особой терпеливости, но, чтобы глина стала мощнее, приходилось ждать.
- Далее по списку. Хидан будет Какудзо и соответственно наоборот.
Какудзо выругался сквозь зубы и ненавистно глянул на Хидана.
- Кого угодно, но только не этого помешанного фанатика, - негодовал Какудзо.
Хидан молча проигнорировал его слова и станцевал танец победителя. (что-то наподобие чичётки)
Сасори всегда подходил к любому делу серьёзно, поэтому уже сейчас стал корчить рожу, дабы быть больше похожи на Дейдару. Кисаме достал железную расчёску и стал причесываться, на что Итачи ему ответил убийственным взглядом.
«Конец моей репутации крутого и харизматичного парня, - размышлял Итачи. – Этот рыбоподобный выставит меня полным идиотом в глазах новой группы».
- Похоже у нас осталась всего одна пара, - сказал Орочимару. – Конечно Тоби играть не очень интересно, но я буду стараться.
- А у нас, что ли в группе больше других детей нету? – поинтересовался Тоби.
- Были, - печально произнёс воспитатель. – Но мало кто пережил вчерашнее побоище.
- А новая группа тоже будет делать своё театральное приветствие?
- Хороший вопрос, Сасори. Да, будет. В их группе одиннадцать человек и в сумме с вашей группой нас будет ровно двадцать. Получится настоящий детсадовский подготовительный класс.
Вдруг Дейдара захохотал во весь голос. Он принялся танцевать, увиденный им танец Хидана и подпрыгивать от нахлынувшей на него радости. Дейдара был в полном восторге.
- Что случилось? – не понимал воспитатель.
- Кажется, я понял, - догадался Сасори, доставая из кармана кукольный свиток.
Перед отбоем.
Немного усталые, но довольные дети собирались ложится спать.
- А неплохо повеселились, Итачи сан, - сказал Кисаме, придвигая поближе свою кровать к кровати Итачи.
В это время на кухне мыли посуду наказанные дети. Воспитатель пристально следил, чтобы не одна тарелка не разбилась. Он знал, что это бесполезно, но всё-таки это был его долг. Недовольный Сасори, за которого мыли посуду его куклы, сидел на полу и отпускал грязные шуточки в сторону Дейдары. Но подрывника это уже не беспокоило. Он достаточно отомстил, уничтожив самую сильную куклу Сасори и половину актового зала. Когда дети закончили мыть посуду, их отправили спать.
«Ну нифига себе, - не мог поверить воспитатель. – Вся посуда цела и невредима.
Но не тут то было. Уходивший Дейдара, поднял руку и шёпотом произнёс своё любимое слово – «Катс!».
«Это моя вина, - размышлял воспитатель, собирая осколки стекла. – Я должен был догадаться. Интересно что же будет завтра? Театральное приветствие дело нелегкое тем более с такими актёрами…»
Глава 4
Актовый зал. Театральное приветствие.
Тоби испуганно выглядывал из-за кулис, осматривая зрителей. Его выход был первым, что больше всего тревожило ребенка.
- Там так много людей, я боюсь выходить… - пропищал Тоби.
- Не волнуйся, - подбодрил его Сасори. – Если ты растеряешься на сцене, то я прикреплю к тебе свои нити чакры и исправлю положение.
По телу Тоби пробежали мурашки, теперь то уж точно нужно хорошо сыграть, чтобы не стать марионеткой кукольника.
«А он всё-таки умён, - восхищался кукольником Дейдара. – Тоби просто обязан хорошо отыграть свою роль».
Сасори заметил, что за ним наблюдает подрывник, но виду не показал. Не хватало ещё устроить драку прямо перед представлением.
- Итак, начнём театральное приветствие! – торжественно произнёс воспитатель. – Твой выход Тоби.
Тоби поправил свой парик и неуверенным медленным шагом отправился на сцену. Выйдя на сцену, он сомневался сможет он вымолвить хоть слово или нет, но вспомнив слова Сасори, уверенность тут же вернулась к нему.
- Посмотрите на этого идиота! – воскликнул из зрительного зала Наруто.
На Тоби был одет длинный чёрный парик, кожа окрашена в белый цвет, глаза обведены тушью. На поясе был завязан канат, украденный из спортивного зала.
Тоби: Приветствую в нашем детском саде новых детей. Я так рад, что вижу новые лица. Меня зовут Тоб… Орочимару! Я самый хитроумный ребенок в наше группе.
- Отличная игра, продолжай в том же духе! – похвалил его воспитатель, что добавило Тоби ещё большую уверенность.
Тоби: Сегодня вы познакомитесь со всеми моими друзьями и, я надеюсь, они станут и вашими тоже. Первый, которого я вам представлю, является самым шумным и… я бы сказал взрывоопасным! Его имя Дейдара.
- Ну и имя, - шёпотом сказала Ино Сакуре.
На сцену вышел Сасори в красивом светлом парике, который привлекательно прикрывал один глаз. Он встал на место рядом с Тоби и оглядел публику. И тут же потерял дар речи. Забыть слова мог кто угодно, но только не самый артистичный ребенок. Всё его внимание было обращено к розоволосой девочки из зрительного зала. Сасори забыл обо всём, ему уже было наплевать на спектакль, он увидел что-то покрасивее кукол.
«Она такая… живая, - подумал Сасори. – Красивые выразительные глаза, волосы, подобно цветущей сакуре…»
Его светлые размышления прервал чей-то возглас.
- Эй ты, идиот! – орал из-за кулис Дейдара. – Я так никогда не делаю, я никогда не торможу! Вот блин доверили играть гения слабоумному балбесу.
Сасори тут же очнулся и вдруг понял, что из-за шока забыл все слова. Пришлось импровизировать.
Сасори: Меня зовут Дейдара!
- Это мы уже поняли! – кто-то крикнул из зала.
Сасори: Я самый глупый и необразованный член детского сада! Моё хобби – лепить фигурки из глины. Я такой.
- Кретин… - пробурчал Дейдара, взявшись за голову.
Тоби: А расскажи какие ты любишь делать трюки?
Сасори: Самые разные! Вот например когда я с кем-нибудь здороваюсь за руку, то люблю смачно её обслюнявить. Ещё я постоянно довожу до истерик своих воспитателей.
На сцену выходит разозлившийся Дейдара. Красный парик ему явно не шёл, потому что из под него торчал клок волос, прикрывающий механический глаз.
Тоби (шёпотом): Я же тебя не представил…
Дейдара: Простите за поспешность, но я всегда спешу. Ненавижу ждать, никогда не могу дотерпеть пока дойду до туалета.
Сасори: Представляю вам самого неправдоподобного актера мира. Его зовут Сасори.
Сказав это, Сасори смутился, он собирался сказать совсем не то.
Дейдара: Я люблю играть в куколки, которых у меня очень много.
В зале падали со смеху.
«Если они не учинят драк, то вполне представление сойдёт за комедию, - подумал воспитатель.
Тоби (пытаясь выправить обстановку): Давайте рассмотрим наши взгляды… скажем… на искусство!
« Тоби просто гений сцены – обрадовался воспитатель».
Дейдара: Искусство это когда…
Сасори: Орочимару, как ты можешь задавать такие тяжёлые вопросы. Как такой глупец как я может что-то смыслить об искусстве?
Дейдара: В топку искусство. Я слишком туп для этих вещей.
Тоби: Ладно. Тогда расскажите мне ваши любимые занятия в этом саду?
Сасори: Больше всего я люблю лепить глину под унитаз, и ждать когда им кто-нибудь воспользуется. А потом… Бум и всё!
Дейдара начинал нервничать, так как его покинули идеи как бы ещё опустить Сасори. Он не хотел проиграть словесную дуэль Сасори. И тут его осенило.
Дейдара (с улыбкой): И должен признаться, я не раз попадался на этот трюк.
В зале опять послышался смех. Мальчик Наруто закатился под кресло и там не мог остановить приступ веселья.
Сасори (немного подумав): Ещё я люблю подкрадываться к женской душевой и фотографировать девчонок своим механическим глазом. Ради этой цели я и поставил его себе за место обычного глаза. Дешево и сердито.
Дейдара: И это истинная правда. Ведь я лично видел как он фотографировал, когда я мылся в этой душевой.
Тоби (удивленно): Ты моешься в женской душевой? Везёт!
« Это отпадный садик, раз тут даже сам выбираешь в какой душевой мыться, - размышлял Счастливый Наруто.
Сасори (поняв что проиграл дуэль): Вот такие тут у нас дела! А теперь, Орыч, представь новых участников.
«А Сасори умеет проигрывать, - удивился Дейдара».
Тоби: Следующий участник один из самых красивых детей в мири – неподражаемый Итачи.
В зале все попадали с кресел. То, что они увидели, почти не выразишь никакими словами.
На сцену вышел Кисаме. У него был темный парик, вставные глаза-шаринганы, черные полосы на лице, нарисованные маркером. Нет, вы только представьте, что всё это одето на Кисаме. А главное его походка. Такая важная и гордая.
Кисаме: П-привет! Я самый красивый парень в этом саду.
Дейдара захохотал.
Дейдара (давясь смехом): По т-тебе не скажешь!
Кисаме: Взгляни в мои глубокие глаза и твоё мнение изменится.
- Эй, Саске, смотри у него глаза ну точь в точь как у тебя. Вы случайно не братья? – спросил сквозь смех Наруто.
Один из приклеиных глаз-шаринганов отвалился и упал на пол. Кисаме тут же подобрал его и с любовью поставил на место.
- А он умеет развеселить публику, - подмигнул воспитатель Итачи, который со злостью смотрел на творящееся на сцене.
Кисаме (вдохновлено): Мои глаза слишком красивы для этого мира, поэтому порой они покидают меня. Я очень благороден, и я стараюсь одарить всех своей безграничной добротой.
Тоби: Как трогательно. А теперь представляю вам полную противоположность Итачи, Кисаме. Это человек, который единственный в детсаде ест абсолютно все. И даже горошницу.
Немного помедлив на сцену выходит Итачи в синем костюме, волоча за собой забинтованную палку. Неизвестно как он умудрялся смотреть под ноги через огромную толщу глины.
Итачи: Привет, народ. Меня зовут Кисаме, и я люблю пожирать рыбок из аквариума.
«Итачи великолепно входит в роль, - подумал Сасори. – Даже я бы не смог изобразить Кисаме настолько правдоподобно».
Тоби: Кисаме всегда такой немногословный. Итачи и Кисаме лучшие друзья, между их кроватями столь узкая щель, что кажется будто две кровати слились воедино.
Кисаме гордо заулыбался и у него вновь выпал глаз.
Итачи: Не шути так Тоб… Орочимару.
Тоби: Конечно, конечно. А теперь представлю ещё двух лучших друзей. Какудзо и Хидан.
На сцену вышло ещё два ребенка.
Какудзо: Я вас всех ненавижу. Моё имя Хидан и я помешанный фанатик, которого нельзя убить. Я единственный кто может безвозмездно дать пинка Итачи.
Хидан: А я Какудзо, который не верит в Бога, из-за чего и скончается в последующим. Единственное, что согревает мою душу – это деньги. За деньги готов не только дать пинка Итачи, но и поцеловать Кисаме.
Кисаме: Так вот, что ты хотел мне предложить во время утренней прогулки.
Тоби: Ну и последний в нашей группе. Самый сильный, смелый, быстрый и красивый. Великий Тоби. Встречайте.
На сцену выходит Орочимару в маске и жестким париком.
Орочимару: Дети, люблю вас. Вы такие прекрасные. Меня зовут Тоби, и я тут выполняю обязанности поломоя.
Тоби: Ребята, Тоби у нас такой шутник. На самом деле он просто скромняга. Он ещё расскажет вам, как спас садик от наводнения.
Дейдара: Угадайте, кто его устроил?
Сасори: Вот мы и познакомились, надеюсь, вам понравилось.
Вся группа встала в ряд и поклонилась.
Заиграла музыка Naruto End 1. В зале все повставали и долго громко аплодировали.
- Мои дети… - сказал прослезившийся Лидер, сидевший в последнем ряду.
Глава 5
За час до подъёма. Спальня.
Сасори не мог заснуть всю ночь. Из его головы никак не выходили воспоминания о розоволосой девушке, которую он увидел во время представления. Сасори был удивлен новым чувством, возникшим у него в груди.
Кисаме тоже не спал. Он всю ночь любовался красивыми чертами лица Итачи. В руках он сжимал самодельные глаза-шаринганы, которые отныне стали его талисманом. Кисаме чувствовал, что скоро будет подъём, поэтому уже готовился вскочить и поднести Итачи его тапочки.
Дейдаре тоже было не до сна. Он занимался приготовлением глины, без которой чувствовал себя неполноценным. Тем более, что именно сегодня они проведут первый день с новой группой. А ведь они ещё не знают стандартные шуточки подрывника, которыми уже не удивишь старую группу. Например, все знают, что если ты не видишь Дейдару, то он где-то затаился и следит за тобой, что не предвещало ничего хорошего. Ещё никто никогда не приступит к своему супу, если перед этим внимательно не осмотрит дно тарелки на содержание прилипшей глины. Если Дейдара делится своим пластилином, то жди подвоха. Все это знали, поэтому подрывник сильно скучал. Но теперь приехали новенькие ещё ничего не подозревающие дети. Грешно будет не приготовить побольше глины.
«Сегодня мой день, - размышлял подрывник, переложив в свою сумку очередного глиняного воробушка. – Праздник души вот-вот начнётся».
В спальню вошёл воспитатель и возвестил о подъёме.
Завтрак.
Когда дети пришли в столовую, новая группа уже сидела за столами. На завтрак давали манную кашу и бутерброды с сыром.
Воспитатель сделал так, чтобы между двумя новыми детьми сел ребёнок из старой группы.
Орочимару сразу же выбрал место, сев между Саске и Наруто.
- А почему у тебя кожа вся белая? – спросил удивленный Наруто, протянув Орочимару руку.
- Потому что я страдаю заразным венерическим заболеванием, - улыбнувшись, произнес Орыч, пожимая руку Наруто.
К удивлению Орочимару, Наруто никак на это не отреагировал.
«Видимо он не понял значения этих слов, - подумал Саске, отсаживаясь подальше от змеёныша.
Сасори вновь увидел эту девушку, но никак не решался сесть рядом с ней.
- Могу я… - начал было Сасори, но голос как будто исчез.
- Она тебе не даст! – воскликнула сидевшая рядом Ино.
Сасори был ошеломлён таким поворотом событий.
- Она слишком жадная, чтобы поделится своим бутербродом, - продолжила Ино.
- Да, что ты говоришь Инка-свинка! – рассердилась Сакура. – Конечно же я поделюсь, садись рядом.
Немного смущенный Сасори сел между Сакурой и Ино.
- А Сасори оказывается бабник! – весёлым голом проговорил Дейдара, выбирая с кем бы сесть.
- Не обращайте на него внимания, он всегда такой, - еле выговорил покрасневший кукольник.
- Тебя ведь зовут Сасори, - улыбнулась Сакура.
- Акасуна но Сасори – так меня называют. Но это слишком пафосно. Просто Сасори.
- А меня зовут Сакура, а эту хрюшку Ино.
Дейдара никак не мог найти подходящее место. И тут он увидел Хинату, которая, казалось бы, находилась в потустороннем мире.
«Что-то она слишком грустная, - подумал Дейдара. – Надо бы её развеселить».
Подрывник с самодовольным видом сел между Хинатой и Кибой.
- Эй белоглазая, почему скучаешь?
- Не приставай к ней, - сказал Киба, а Акамару грозно тявкнул.
Дейдара показал ему язык, причём не один, после чего оборотень тут же успокоился.
- Не хочешь есть кашу? Я могу всё устроить, - подмигнул подрывник Хинате.
- А… это, - засмущалась Хината.
Дейдара был нетерпелив, поэтому решил начать своё представление прямо сейчас. Он достал из кармана пять воробушков и отправил их в свободный полёт.
- Здорово! – восхитился Наруто.
Сасори мгновенно вызвал куклу и прикрыл ей себя и Сакуру.
Глиняные воробушки хватали тарелки с кашей и опрокидывали их детям на головы.
- Не дают поесть по-человечески, - рассердился Кисаме, выливая кашу в карман.
Манка была на голове у всех новеньких детей, за исключением двоих. Сакуру почему-то прикрыл Сасори, над чем подрывник обещал себе поразмыслить на досуге. А вот со вторым новичком было гораздо сложнее. Его закрыл песок, по которому смачно стекалась манная каша. И похоже этот песок потянулся к Дейдаре.
«Плохи дела, пора драпать».
Дейдара увернулся от волны песка и побежал к выходу. И сразу же налетел на чей-то кулак.
- Это конец, - проговорил Саске с залипшей в волосах кашей.
- А с вами не соскучишься, - улыбнулся лежащий на полу подрывник.
Игровой зал.
- Сасори, аригато, - произнесла Сакура, - Ты спас меня от каши, а то я бы полдня мыла бы голову.
Кукольник улыбнулся, почувствовав в груди приятное волнение.
Кисаме грустно смотрел на пустой аквариум. К нему подошёл Шино.
- Чего пришел, не видишь, что рыба кончилась.
- Я помню, что на представлении говорили, что ты можешь есть абсолютно все.
- Ну и что дальше?
- Хочу устроить с тобой дуэль по скоростному поеданию жуков.
- На деньги?
- Разумеется.
- Эй, Какудзо! – позвал товарища повеселевший Кисаме. – Для тебя найдётся работенка!
В самом дальнем углу в очередной раз стоял Дейдара. Он жестом подозвал к себе своего главного сообщника Тоби.
- Дейдара, ты неудачник. Скажу честно, твоя выходка полный провал.
- Это ты неудачник, Тоби, - улыбался подрывник. – Всё это часть моего гениального плана. Я лишь изобразил провал. Искусство, мой друг, искусство.
- У тебя ещё и план был, - не поверил Тоби. – Обычно ты всё делаешь наобум.
- Только не в этот раз. Почему ты думаешь, я никого не взорвал, как обычно, а просто измазал всех в каше?
- И правда…
- В этом и отличие гения от посредственности. Гений мыслит наперед, в отличии от таких как ты.
- Чёрт бы тебя побрал. Так ты расскажешь мне в чём заключается твой якобы гениальный план?
Дейдара притворчески захихикал.
- Как ты заметил, теперь у нас в группе появились девочки, причём не уродины. Так вот, мой план заключался в том, чтобы они пошли мыться. Для этого я их измазал.
- Ну и пусть моются, нам то, что с того?
- Ох, горюшко ты моё луковое, бестолочь ты непросветная, - разошелся Дейдара.
Тоби обиделся и уже собирался уходить, как подрывник схватил его за руку.
- Ладно, извини. А теперь вникай, используй остатки своего скудного интеллекта на понимание моего великого плана. На нашем представлении дорогой друг Сасори натолкнул меня на одну интересную мысль.
- Какую?
- Помалкивай и слушай дальше. Он говорил, что я мол фотографирую голых девчонок своим механическим глазом. Я сразу же смекнул, что у глаза и вправду есть такая функция. И я решил, что когда девчонки пойдут в душевую, мы проследуем за ними и насчёлкаем кучу пикантных кадров.
- Дейдара, ты изврат.
- Ну, если не хочешь, чтоб я взял тебя с собой, просто уйди, но тогда ты не сможешь всегда любоваться этими фотографиями.
- Постой, Дей, я не это хотел сказать, - затараторил Тоби. – А как я смогу ими любоваться, если они будут в памяти твоего глаза?
- Мало кто знает, что мы с Какудзо украли компьютер у главного бухгалтера. Он, конечно, хотел его продать, но я его переубедил, сказав, что можно получить с него более серьёзную выгоду.
- Так это были вы! – восхитился Тоби.
- Мы спрятали его в надёжном месте, где его никто не станет искать.
- Понял. Но как ты собираешься проявить изображение на компе с твоего глаза.
- Ещё одно отличие гения от тебя. Гений он… вообщем гений. С помощью провода я подключу свой глаз к USB порту. А потом мы с Какудзо, ну и ты теперь в доле, будем брать деньги за сеанс просмотра.
- Гений.
Итачи сидел на скамейке и смотрел на новеньких детей.
«Где-то я его видел, - подумал Итачи, смотря на Саске».
Женская душевая.
Дейдара на цыпках крался к самому сердцу душевой. За ним также бесшумно следовал Тоби.
Было много пара, но он не сильно затруднял видимость.
- А вот эту девушку зовут Темари, - восхищенно произнёс Дейдара, делая снимок.
Из носа Тоби обильным потоком потекла кровь.
- Красотиша!
Итак, два будущих акацуковца пялились на обнажённые тела в женской душевой. Это была самая дерзкая выходка Дейдары, которую он только проделывал в этом саду.
Сзади послышались деревянные шаги.
- Подлецы, - спокойно сказал чей-то голос.
Хорошо присмотревшись, Дейдара понял, что это Сасори.
- А, Сасори нии-чан! Тоже решил посмотреть на этих обаятельных красоток. Только тут твоей нету, она-то в каше не мазалась, зря ты её спас.
- Заткнись, Дейдара. Я пришёл сюда не за этим.
- Помыться решил что ли?
- Ты слишком предсказуемый, Дей. Когда я увидел, как к твоему углу подходит Тоби, то я сразу понял, что вы чего-то замышляете.
- Ну, вообще-то я всегда что-то замышляю.
- Да, но в этот раз ты решил что-то проделать с новенькими.
- Про фотографирование в душе, была твоя идея, - ухмыльнулся подрывник.
- Согласен, я был неосторожен в своих словах, но теперь я это исправлю.
В душевую заходит Сакура, которая почему-то тоже решила помыться. При виде троих парней, стоящих в тёмном углу, где их невозможно увидеть из середины душевой, у девушки округляются глаза.
- Как вам не… Сасори…
- Я не… я… - пытался что-то выговорить кукольник, но так и не смог.
Глава 6
Кабинет директора детсада.
Дейдара был зол. У него изъяли всё: волшебную глину, все взрывоопасные вещества, которые в огромном количестве были заныканы у него под кроватью. Мало того, его заставили носить на руках перчатки, чтобы он не мог воспользоваться своими ротиками. В данный момент, подрывник вместе с Сасори и Тоби находился на допросе в кабинете директора.
- Ну, что ж, детки, - начал говорить директор, прочищая горло. – Обманывать меня, думаю, не стоит, так что рассказывайте, как было на самом деле.
- Я здесь вообще не причём! – возмутился Тоби, за что был награждён убийственным взглядом подрывника.
- Как это не причём? Сакура из новой группы видела вас, подглядывающих за девочками в душевой.
- А вам завидно, что ли? – подмигнул директору Дейдара.
- Хватит нести ерунду, - произнёс смутившийся и немного покрасневший директор, которому в глубине души действительно было завидно.
- Он покраснел, смотрите, старый хрыч покраснел! – изумился Тоби.
- Немедленно прекратить! – разозлился директор. – Сейчас идёт вопрос о том, чтобы исключить вас из детсада!
Дети тут же замолчали.
«Во попадалово то, - размышлял подрывник. – Только начались весёлые деньки, как на тебе! Исключит он меня… Ага, конечно. Но потом я вернусь, и он проклянет день, когда связался с великим и могучим Дейдарой».
- Гомэн, - примирительно сказал немного повеселевший подрывник.
- Ладно. Начнем-с. Зачем вы пошли в женскую душевую?
- Как это зачем, - хихикнул Тоби.
- Ты же говорил, что ты не причём!
- А… ну ясен пень не причём.
- Но теперь я вижу, что ты тут уж точно причём. Вы пошли наблюдать за…
- Ну же, директор, договаривайте.
- Вообщем, вы подсматривали за девочками.
Тоби посмотрел на Дейдару, который мечтательно улыбался.
- Мы на них не только смотрели! – воскликнул Тоби. – Мы на них жадно пялились и фантазировали, а главное мы фотографировали!
У деректора потекла тонкая струйка крови из носа, которую он незамедлительно вытер.
- Фотографии на стол! – властно сказал директор.
- Ишь чего захотел, - буркнул Дейдара, не желавший делится своими снимками.
- Я… я заплачу… сколько? Стоп, что же я говорю! Немедленно давайте сюда снимки, а не то вы пойдете собирать свои вещи прямо сейчас.
- Но мои вещи все конфисковали! – запротестовал подрывник.
- Ну, естественно! Сколько раз мы тебе повторяли, что взрывательная глина детям не игрушка.
- Это и так не игрушка. Моя глина это искусство.
- Вот блин, опять заладил, - пробурчал молчавший ранее Сасори, чьи мысли были заняты более важными делами.
- Так и ещё насчёт искусства. Фотографии на стол. Сейчас же!
- Э-э-э… с ними одна проблемка, - замямлил Тоби. – Они есть только в памяти механического глаза Дейдары.
- Тоби, ты идиот. Зачем ты это сказал, ослиная твоя башка.
- Так-так, всё ясно. На чём у тебя там информация? На флэшке?
- На жестком, - печально ответил Дейдара.
- Придётся изъять его и отформатировать.
Дейдара хотел издать негодующий рёв, но сдержался. Всё же в глазах подрывника легко читалась нескрываемая ненависть. На жёстком диске кроме заветных снимков, хранилось множество полезной информации. Например, фотки голых или находившихся в неловком положении воспитателей. Различные моменты триумфа Дейдары, скажем, фотография бывшего воспитателя, которого Дейдара заснял в туалете до и после взрыва.
- Вы что-то говорили насчет нашего исключения? – отчужденным голосом спросил Сасори.
- Говорил. Но хочу вас обрадовать, этого делать я не собираюсь. За вас тут один человек поручился.
- Да мы блатные! – обрадовался Тоби.
- Дейдара, давай сюда диск, и вы будете свободны.
Подрывник, не желавший исполнять поручение, запрыгнул на стол директора и замахнулся на него кулаком. И вдруг почему-то остановился, как будто был парализован. Внимательный человек мог бы заметил, что к Дейдаре присоединены тонкие нити, ведущие к рукам Сасори. Кукольник немного пошевелил пальцами, и Дейдара вытащил из механического глаза диск, и протянул его директору.
- Очень хорошо! – басом проговорил директор, жадно хватая потными руками диск.
Сасори отсоединил нити, и подрывник свободно спрыгнул на пол.
- Я тебе ещё припомню, - буркнул подрывник.
- Ну, а теперь, ребята, идите. Сейчас ваша группа гуляет на улице, а потом вы поедите на экскурсию.
- На экскурсию?! Сугой!
Уличная игровая площадка.
Дейдара, Сасори и Тоби вышли на улицу и вдохнули свежего воздуха. Подрывник был в самом скверном расположении духа. Во-первых, у него не было глины, а во-вторых, он даже не мог её создать.
« Что за невезенье, - думал он, вглядываясь в небо. – Яркое солнце, прохладный ветерок, играющие радостный ребята… И не единой бомбы».
Тоби, как только вышел на улицу, сразу же побежал кататься на горке, на которой уже были Шикамару и Чёуджи. Толстяк застрял между стенками на спуске, а его друг пытался его вытолкнуть. Тщетно.
- Эй, дурни, чем занимаетесь?
- Я пытаюсь вытолкать толс… - лениво проговорил Шикомару и тут же замолк.
- О боже, из-за таких как он, я никогда не смогу прокатиться с горки! – злился Тоби. – А ну-ка, жирножоп поднапрягись-ка!
Чёуджи, услышав слово, предающее ему сил, рассвирепел и мигом вылез из стенок горки. Тоби почуяв неладное, решил рвать отсюда когти. Он на огромной скорости устремился к центру игровой площадки, а толстяк ринулся за ним.
Сасори подошёл к своему любимому дереву и сел в тени. Он стал искать взглядом среди своих одногрупников её. Не нашёл. Тогда от нечего делать, он достал из кармана куклу и стал её причёсывать.
На игровой площадке все занимались своими делами.
В песочнице сидел лишь один ребёнок. Красноволосый мальчишка с татуировкой на лбу лепил из песка куличики. Он уже сделал три штуки, как к нему подошёл Какудзо.
- Это моя песочница. А значит и мой песок, а раз ты играешь моим песком, то ты должен платить за него деньги.
Гаара мрачно посмотрел на него сквозь брови. Сегодня он потерял где-то свою любимую формочку, поэтому был вдвойне зол.
- Хочешь получить свой песок?
- Ладно, парень остынь. Я прекрасно понимаю твои чувства. Ты ненавидишь всех этих ничтожных людей, которые тебя каждый день окружают. Тебя бесит каждое утро вставать и волочить свои ноги на завтрак. Ты любишь одиночество… да ты одинок.
- Что тебе нужно?
- Твои формочки, - сказал Какудзо, зная, что красноволосый их никогда не продаст.
Вдруг из кустов резко выбежал задыхающийся Тоби, споткнулся и полетел прямо в песочницу.
- Мои куличики! - жалобно воскликнул Гаара. Он озабочено осматривал кучки песка, которые совсем недавно были красивыми сдобными куличиками. Гаара постепенно мрачнел, а взгляд его наливался кровью.
- Э-э-э… прости, братишка, - испуганно пищал Тоби, пытаясь восстановить разрушенное.
- Убью.
«Что-то сегодня все хотят моей смерти, - решил Тоби и на всех парах побежал подальше от песочницы, только пятки сверкали».
На каждой территории детского сада есть специальный закоулок, где происходит самое интересное. Сейчас там собралась большая половина подготовительной группы.
- Леди и джентльмены! – взревел Узумаки Наруто. – Объявляю первый ежегодный чемпионат по скоростному поеданию жуков открытым!
Огромная толпа окружала трёх людей: Шино и Кисаме – участников и ведущего Наруто. Перед участниками стояли огромные ведра, полностью заполненные отборными жуками. Кисаме поглядывал на своего противника.
- Где очки брал? – спросил он его.
- На оптаре у знакомого продавца украл. Начнём?
Ведущий оглядел спортсменов и сглотнул.
- Настарт, внимание… Жри!!!
Шино первый схватил горсть жуков и закинул их себе в рот.
- Твоё здоровье, Итачи сан, - сказал Кисаме и принялся яростно пожирать содержимое ведра.
Зрители подбадривали участников, кричали и улюлюкали.
- Жрите, жрите!!! – скандировали они.
Сакура и Ино с отвращением смотрели на это дело, но всё же смотрели. Они всё-таки сделали свои ставки Какудзо, который куда-то ушёл, но обещал вернуться. Акамару, сидевший на голове Кибы, заворожено смотрел на это дело и радостно тявкал, когда кто-то закидывал в рот особо большую кучу жуков.
Казалось бы, что силы были равны, но Кисаме начал сдавать позиции, замедляя скорость поедания. У него стала кружиться голова и, казалось, что он не выдержит темпа.
Держись, Кисаме, держись! – подбадривал его Хидан.
Воодушевлённый поддержкой Кисаме подрезал ногтем свой карман, и оттуда стала вытекать в ведро немного затвердевшая вчерашняя манная каша.
- Техника скрытой манной каши! – крикнул он, после чего рыбоподобный ускорился и сравнялся с Шино.
- Быстрей, быстрей!!! – не унимались зрители.
Вдруг в закоулок забежал весь вспотевший и испуганный Тоби, за которым гнались Гаара и Чёуджи. Они столкнулись с толпой, началась свалка и общее недоумение. Наруто под общую шумиху специально опрокинул оба ведра, чтоб участникам жизнь мёдом не казалась.
Кто знает, чтобы произошло с Тоби, если бы в закоулок не зашёл бы воспитатель.
- Успокойтесь, дети! Сейчас поедем на экскурсию, автобус уже ждёт. Подходите к выходу и ждите меня там.
Негодующая и разочарованная толпа отправилась к выходу. Там уже были остальные. Через минуту к ним подошёл воспитатель, и они все вместе подошли к автобусу.
- Садимся в автобус парами. Сидите тихо и внимательно слушайте экскурсовода.
Среди детей послышались приглушенные смешки.
В автобус никто не садился, все обсуждали сегодняшний чемпионат. Дейдара разочарованно их слушал и жалел, что не смог это увидеть. Весёлыми были только три человека: Наруто, который был всегда весёлый, Тоби, который остался жив и Какудзо, потому что он был при деньгах. Но если про первых двух сразу же забыли, то про последнего никто забывать не собирался, ведь все присутствующие делали свои ставки.
- Наши деньги! – толпа вопросительно смотрела на Какудзо.
- Какие ещё деньги? – изумился Какудзо. – Победителей нет, значит, и деньги никто не выиграл.
- Тогда верни, что мы тебе давали!
- Уговор дороже денег. Говорилось, что вы получите деньги, при условии, что победит тот на кого вы ставили. Победителей нет, - улыбнулся Какудзо и первый вошел в автобус.
Автобус.
Все рассаживались по местам. Сакура, Ино и Темари долго спорили кто же сядет с Саске куном. В итоге с ним сел Наруто, игнорируя яростные возгласы девчонок и уворачиваясь от летящего в его голову веера. Дейдара решил сесть где потише и подальше от экскурсовода, чтобы не слышать его раздражающие россказни. Он сел на последнем кресле рядом с Хинатой, чьи глаза очень нравились подрывнику.
«Цвета глины, - думал он».
Сасори увидел, что место с Сакурой не занято, но в глазах её он читал: «Пошёл прочь, извращенец». Поэтому он просто отправился на свободное кресло, посадив на соседнее место свою любимую куклу – их воспитателя. Теперь-то его точно никто не станет раздражать - его сосед может быстро навести порядок в автобусе. К его несчастью, он не углядел, что сзади него сидит Дейдара с Хинатой. Одно из главных правил детсада гласило: не позволяй оказаться Дейдаре у тебя в тылу.
Автобус тронулся, и экскурсовод тут же начал триндеть, что-то пяти великих деревнях и их создателей. Вообщем, скука смертная.
- Давай пинать спинку соседей спереди? – предложил подрывник Хинате.
- Это… Но ведь там же учитель, - смущенно ответила она, немного краснея.
- Правда? – улыбнулся Дейдара. – А я и не заметил.
Учиха Итачи, сидевший с Ино, которая подсела к нему, внимательно разглядывал Саске.
«Нет, ну я его точно где-то видел. Вот только где? Где? М-м-м… В садике? Точно, я видел его в садике, но, вроде бы, я видел его ещё раньше. Помнится, ещё давно мама давала чью-то фотографию и говорила, чтобы я забрал этого человека из ясель (младшая группа детсада). Похоже, что это и был он. Остаётся выяснить кто он и кого он мне напоминает».
Автобус остановился на остановке «Коноха», и дети стали выходить из него по одному.
- Сейчас вы увидите одну из самых великих деревень! – вещал экскурсовод. – Я покажу вам легендарные памятники четырёх Хокаге. Возьмите за руку того с кем вы сидели в автобусе и идите за мной.
Экскурсовод с вереницей детей отправился к главным воротам Конохи.
- Зецу забыли! – воскликнул Хидан и побежал к автобусу, который уже разворачивался.
Он решил оббежать автобус с задней стороны и когда он это делал, водитель неожиданно сдал назад и задавил бедного Хидана.
- А-а-а!!! Они убили Хидана! Сволочи! – взревел возмущенный Тоби.
Автобус несколько раз проехал взад-вперёд, смачно перекатывая кости Хидана под колёсами и, наконец, отправился на остановку для автобусов.
Дети несколько секунд поглазели на тело задавленного и пошли гулять по Конохе.
Глава 7
Коноха.
Дети были навеселе. Их ждал целый день отдыха от надоевшего детского сада, да причём не где-нибудь, а в самой столице. Разумеется, они тут же убежали от экскурсовода и пошли по своим делам.
Орочимару, Тоби, Наруто и Киба решили посетить местную академию порнографических наук. Это было огромное здание с множеством различных залов. Киба не задумываясь, вошёл в дверь с надписью «зоофилия», и похоже он не собирается оттуда выходить ещё долгое время. Орочимару выбрал отсек для педофилов, а Тоби с Наруто отправились в самый маленький зал, созданный для нормальных людей. Чего там только не было. Различные свитки, пищевые пилюли, оригинальные кунаи, одежда, среди которой был замечательный облегающий зеленый костюмчик, а также огромное количество различных справочников и пособий. У Тоби и Наруто разбегались глаза от такого обширного выбора. Наруто сразу же присмотрел себе классную оранжево-чёрную курточку истинного извращенца. Тоби приглянулась дырчатая маска со спиралью неизвестного назначения. Всё было не особо дорого, и в очереди стоял всего лишь один человек. Этот человек представился как Какаши, на что дети бурно отреагировали.
- Чем интересуетесь? – спросил он их.
- Всякой всячиной, - уклончиво ответил Тоби, чувствуя себя немного не по себе.
Какаши отвернулся от них и принялся беседовать с продавцом о скором выходе нового номера «плейсенсей».
Дейдара искал магазин острых вещей, чтобы срезать со своих рук ненавистные перчатки. Но тут он наткнулся на магазин искусств и невольно повернул в его сторону. Войдя в помещение, подрывник был поражен. Таких красивых скульптур он ещё никогда не видел.
- Какой чудесный бюст, - восторженно проговорил он, ощупывая пальцами скульптуру.
Какудзо вместе с Гаарой, которые почему-то сблизились, залезли на крышу и оттуда наблюдали за ничтожными людишками.
- Как меня всё достало…
- И не говори. Тошно то как.
- Ага.
- Даже говорить об этом утомительно.
Какудзо внимательно посмотрел в лицо Гаары и сказал:
- А у тебя есть мечта?
- Что? – не понял Гаара.
- Ну, то, чего ты больше всего хочешь. Я вот, например, мечтаю так разбогатеть, что аж… ну до чертиков короче.
- Напьёмся?
- Давай, - равнодушно ответил Какудзо.
Гаара достал два стакана и снял со своей спины тыкву. Потом он снял с неё пробку, наклонил и разлил по стаканам спиртной напиток на рисовой основе.
Итачи решил навестить свой дом, а Кисаме ходил за ним по пятам, что чрезвычайно раздражало Учиху. У ворот их клана его встретили мать с отцом.
- О-о-о! Итачи чан вернулся из садика. Как мило.
- Здравствуй, сын.
Итачи молча посмотрел на них и ничего не ответил.
- А мы тут над твоим братом приорать решили.
- У меня есть брат? – удивился Итачи.
- А, что сестра? Может и сестра… мы не смотрели.
- Да нет же, я не об этом, - раздражался Итачи. – Я о том, что откуда у меня брат-то?
- Большой мальчик, должен уже знать такие вещи. Мы же тебе в прошлом году на день рождение дарили книгу с картинками – откуда берутся дети.
- Короче, сын, твой брат оттуда! – гордо сказал отец, показав пальцем.
- Вы, что с ума сошли! – негодовал Итачи. – Почему вы мне не сказали мне об этом?
- Как это не говорили? Он же с тобой в одном садике. Ты просто забыл, сыночек. Кстати, ты бы не помог нам разыграть нашего младшенького.
- Ну, допустим. Что делать-то?
- Все предельно просто, - улыбнулся отец. – Мы измажемся красной краской и притворимся мёртвыми, а ты будешь ходить вокруг нас, говоря ему, что ты всех убил. Весело придумал?
- Весьма не дурственно! – воскликнул Кисаме, стоящий за углом. – Соглашайтесь, Итачи сан.
- М-м-м… ладно, все равно делать нечего.
Сасори с мрачным видом сидел на краю моста и тупо играл в подкидного дурака со своей новой куклой. Играть было не интересно, так он знал все ходы своего оппонента наперед. Ещё бы, ведь он им и управлял.
- Сакура, тебе ещё не надоела наша игра? – спросил он куклу.
- Нисколечко, семпай! – Сасори дергал за ниточки. – Вы такой умный, что играть с вами одно удовольствие.
Потом он достал пачку сигарет, которые нашёл под подушкой у Дейдары и в последний раз закурил. Докурив и по пацански выбросив окурок, Сасори сложил в руках замысловатые печати и навсегда лишился чувств.
Зецу единственный кто не был в Конохе. Он по случайности был заперт в автобусе. Водитель куда-то ушел. Один. Опять один. Нет… их было двое.
- Зецу, а давай в города?
- О-о-о! Давай.
- Ладно… Коноха.
- М-м-м… это деревня.
- Ладно… блин, ты выиграл, я сдаюсь.
- Слабак.
Хидан открыл глаза и попытался встать. Пытался он долго. Так и не смог.
Коноха. Ближе к вечеру.
Детей искали долго. Чтобы их найти, пришлось просить помощи у здешних ниндзя. Орочимару, Тоби, Наруто и Кибы выглядели очень довольными. В руках у всех было по несколько сувениров на память. Особенно радовался Наруто, щеголяя в новой курточке. Дейдара пришёл на остановку самостоятельно, притаща на спине огромную скульптуру. Воспитатель почему-то странно на неё поглядывал, как будто она могла взорваться. Подрывнику сделали выговор за то, что он без проса снял перчатки антиротики, на что он показал три язычка. Напившихся в зюзю Какудзо и Гаару несли на руках прям до самого автобуса. Песчаный мальчик спал пьяным сном, а Какудзо порой просыпался и говорил несусветные вещи:
- Выпили… всю тык… тыкву, блин.
Итачи нашли в полицейском участке, то есть у себя дома. Раз нашли Итачи, то нашли и Кисаме. Они как раз прятались за углом, чтобы выбежать к Саске и крикнуть: «Розыгрыш!!!», но это им сделать не дали поганые воспитатели. Что ж, придется Саске потом рассказать, что его разыграли. Хм… а так оно и веселее получится.
Сасори из обычного мальчика превратился в деревянного, да ещё с огромным хвостом. Впрочем, среди детей идёт спор – а хвост ли это?
Хидана нашли распластавшегося на асфальте прямо у главных ворот.
- Спишь, бездельник! – ругал его воспитатель. – Убить бы тебя за это.
Зецу искали дольше всех. Оказалось, что эта бестолочь пряталась в автобусе, где его случайно обнаружили, когда заводили группу в автобус, уже собираясь бросить Зецу.
Приехали в детский сад. Автобус уехал.
- Упс! – промолвил Дейдара. – А я свою скульптуру забыл.
Где-то вдалеке послышался чудовищной силы взрыв. Дейдару поставили в угол.
Детский сад «Золотая рыбка». Утро.
К садику подкатил огромный автобус чёрного цвета с винилами цвета красных облаков. Оттуда вышла голограмма какого-то человека. Директор детсада вышел встретить его.
- Ну, как? – спросила голограмма. – Они стали людьми?
- Думаю стали. То есть… конечно же стали! Вчера мы свозили их на волю. Вообщем, они вполне прилично себя вели.
- Смерти есть?
- М-м-м… не знаю.
- Тела обнаружены?
- Нет. Точно нет.
- Это главное. Мой план переходит к главной стадии.
Директор посмотрел на голограмму с поднятыми бровями.
- Сегодня я заберу их. Всех девятерых, считая Тоби. Отныне они будут жить в моём доме. Я обучу их разными искусствами.
- По аккуратнее там с Дейдарой.
- Ну, разумеется.
Дальше последовали мучительные сборы. Из садика никто не хотел уезжать. Он был их домом, их семьёй, их боевым полигоном. Грустно было собирать вещи, зная, что уезжаешь навсегда.
Вот они. Все девять милых ребят стоят и приятно улыбаются, вспоминая счастливые моменты жизни, проведенные в саду. Их театральное приветствие, ссоры, скандалы и много-много взрывов.
Они в последний раз оглядели очертания милого детсада, попрощались с новой группой и пошли в автобус, чтобы покончить с детством и стать настоящими акацуками. И солнце светило им в след.

Отредактировано Sasori no Danna (2008-11-29 15:53:03)

14

Ну вот, Пушкина бедного переплюнули. Актуально, современно и забавно. ^^  Вот только зачем над героями так издеваться?!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
*кипитится и ржёт одновременно*

15

Сакура написал(а):

Ты за себя что ли переживаешь? Или за Акацуков?

За всех :glasses:

16

да, всей душой!

17

Может быть, не знаю ^^

18

Название: Группа крови
Автор: KAYA~
Фендом: Naruto Shippuuden
Перинг: Орочимару/Кабуто
Рейтинг: NC-17
Жанр: yaoi, POV Кабуто
Дисклаймер: герои не мои, я только побаловаться взяла.
Примечание: в 46 серии Shippuuden Орочимару и Кабуто говорят о группах крови. Врезался как-то этот момент, на мой взгляд, немного проливающий свет на характеры героев, и главное – на их взаимоотношения. У Кабуто группа крови АВ (четвертая), Орочимару удивлен этим, думая, что у него А (вторая). А дальше я просто фантазировала на тему.^^
Размещение: с указанием автора и ссылкой – где угодно.
Статус: закончен

Группа крови. Далась ему моя группа крови… Интересно, а у самого какая? Сдается мне, что 0*. Бог в обличие человека, лидер, авторитарный тиран. Господи, ну почему положение человека зависит от количества в его крови склеивающих элементов? Впрочем, это он просто поддразнил меня, мне ли, медику, не знать всех свойств групп крови и предрассудков, связанных с ними?
- Ты долго.
- Заблудился… - шутка, без сомнения, рассмешила бы его, но не сегодня.
- Как там наш гость?
- Я его запер. Хотя он бы куда лучше смотрелся в моей лаборатории…
- Кабуто, ты как гиена. Та тоже вечно падаль тащит к себе в логово, неважно, сможет сожрать или нет.
- Я польщен.
Идиотский спартанский стиль во всем. Даже говорит коротко. И что за убийственная манера обращаться со мной, как с тем же Саске? Хотя к этому-то в последнее время куда больше почтения… Сопляк.
- Почему вы не пошли тренироваться? – странно-странно, он же сказал, что тоже уходит? Разве не поэтому миссия отвести пацана в его новую келью выпала мне?
- Что за нотки я слышу в твоем голосе?
Черт, как всегда из-за спины. Сколько лет, а привыкнуть никак вот к этому его внезапному появлению за спиной, к голосу в дюйме над ухом, от которого моментально бросает в жар.
Но это все эмоции. А они-то надежно упрятаны под невозмутимой оболочкой. Привычным жестом – очки повыше на нос – и я могу спокойно посмотреть в глаза этой сволочи. И даже улыбнуться могу. Как всегда.
- Саске-кун что-то совсем нервный стал. Ни с того, ни с сего бедному Саю досталось на орехи.
- Считаешь что ни с того, ни с сего? – с видом «плевать я на них хотел», отлично, - Понравился мальчик, а, Кабуто?
Вот еще. Едва сдерживаюсь, чтоб не фыркнуть в сторону. Пламя одной-единственной свечи дрожит на стенах, слегка подрагивая. Интересно, почему здесь всегда танцует фитиль, ведь убежище достаточно близко от поверхности земли, здесь влажность низкая, да и не парит. Так почему?..
Силуэт Орочимару четким профилем ложится на стену слева от меня. И пока он занят своим делом, я заворожено наблюдаю за танцем рук на поясе одежды. Через минуту она тихо зашелестит, падая на каменный пол. Да уж, конечно, занятие куда более приятное чем тренировка. Тем более, тренировка с Саске.
- Кабуто-о-о… Ну что ты все как ребенок капризный?
Упрямо дернув подбородком, стараюсь не улыбаться. Но этот гад знает меня лучше, чем я сам.
- Хочешь… Потом его заберешь себе. В свой список внесешь. По возрасту. – с ударением на последних словах, свистящий шепот слегка обжигает кожу. Почему простая тяга к порядку в его устах звучит как признак прогрессирующей шизофрении с болезненной педантичностью?
- Я ученый. Я привык, чтобы все было по полочкам… - зачем-то оправдываюсь еще, боже ты мой. Наверное, до сих пор работает привычка. Я ведь даже наедине по-прежнему зову его на «вы». Еще один повод для змеиной улыбки на бледных губах.
Через минуту он плавно разворачивает меня к себе за плечи и, склонив голову на бок, изучает взглядом. Будто раньше не видел.
- Странное дело, смотреть на тебя в свете свечей… Я раньше не замечал у тебя эту суровую морщинку на переносице, - осторожно касается лба, ведя ниже. А все усилия моей воли сконцентрированы только на том, чтобы не выдать себя раньше времени. Садист проклятый, что он со мной делает? Какие могут быть техники подчинения и контроля, да никому не под силу наложить их на меня. А Орочимару даже незачем что-то делать, чтобы их развеять. Ничего, кроме вот такого прикосновения, уже достаточно.
- Нравится. – сам себе рою могилу. А может, просто знаю, что он особенно хорош, когда зол на меня.
- Что «нравится»?
- Мальчик. Очень нравится. Просто прелесть, а не экспонат. Жду не дождусь, когда можно будет поподробнее его изучить…
- Ох и дрянь ты, Кабуто.
- Ваша дрянь, Орочимару-сама, - я уже без лишних слов снимаю через голову кофту, неосторожно стягивая и ленту с волос.
- Конечно моя, куда ты денешься-то? – ногтем по ключице. Нет, ну я же говорил, что садист. И еще больший садист в следующее мгновение, мягко запуская обе руки мне в волосы, массируя у висков, а челка падает на глаза. – Почему ты все время убираешь волосы?
- В глаза… лезут. Мешает в лаборатории.
- Со мной не смей их больше собирать.
- Как скажете.
После ключиц приходит черед лопаток. Одному богу известно, как он умудряется двумя руками делать так, что я чувствую прикосновения по всему телу, начиная неконтролируемо дрожать. Убил бы, сам лично убил бы Третьего за ту проклятую печать. Просто даже за то, что это лишило меня на какое-то время удовольствия этих прикосновений.
- Ну почему, почему Саске? – щекой прижимаясь к холодному плечу, обвиваю за талию руками, чуть щекоча ногтями кожу.
- Ты три года спрашиваешь, как не надоело еще…. Что это, Кабуто? Ревность? – да неужели, что я вижу? Искорки веселья в змеиных очах? Как интересно.
- Я вам свое тело предлагал…
- Но это лишило бы меня удовольствия прикасаться к тебе.
- Ох, льстец… ну что вы де…
Крайне бесцеремонен. Мне раньше казалось, что при таком высоком положении, при таком совершенстве владения техниками ниндзя, и даже какой-то грани извращенной гениальности, Орочимару должен быть похож на ледышку. А на деле выходит все время, что ледышка – я. Абсурд. Именно тогда, когда мне хочется громко охнуть, схватить его за плечи, поцарапать, заставить разозлиться на меня, чтобы потом взять чрезмерно грубо – я его отталкиваю. Легонько, по большому счету это ничего не значит. Просто прикосновение моих пальцев к его груди… Но уже слишком.
- Иди на кровать, Кабуто.
«Иди, мой мальчик, мы будем играть. Я буду соскребать с тебя эту ледяную корку, дергать за живые нервы, вырывать твои крики прямо из глотки. И может тогда, когда твоя жизнь будет биться на кончиках моих пальцев, я почувствую, что ты оживаешь…»
Давным-давно сказанные слова, они до сих пор живут в моем сознании. И несмотря на то, что я не люблю, когда мне затыкают рот поцелуем, все же не могу не отреагировать, ведь живой же я, в конце-концов.
- Вы все время повторяете мое имя… Почему? - заползаю на жесткий топчан. Кровать называется… Поспать бы хоть разок на перине. Мечты-мечты.
- Мне просто нравится пробовать его на вкус. – язык без стеснения скользит по моей шее, пощекотав за ухом.
Хватаюсь за его плечи, сразу же покорно разводя ноги, только бы почувствовать всем телом. Каждым сантиметром кожи, каждой клеточкой ощутить. Наркотик. Он похож на морфий, на передозировку, кому, коллапс. Порой мне кажется, что от его близости разрываются все мои капилляры под кожей, а сердце перестает качать кровь, хлопая вхолостую.
- Орочимару-сама…
- Тссс… тише… Ка-бу-то…
Сволочь. Мерзкий тип. Извращенец. Что он со мной делает? Еще немного, и я буду его умолять. Каждый раз как первый, сумасшествие какое-то, и я не могу сопротивляться ему.
…Наклонив голову, он прихватывает губами сосок, оттянув и слегка прикусив, вырвав мой судорожный всхлип. Его черные волосы падают мне на грудь, щекоча кончиками, в полной тишине слышно, как чуть позвякивают массивные серьги, а кожа уже горит от прикосновений и покрывается мурашками.
Помотав головой по подушке туда-сюда, вдруг вспоминаю, что не снял очки. Потянувшись вниз – прикроватной тумбочки, разумеется, тоже нет – пытаюсь осторожно положить их на пол, но он меня не отпускает, а почувствовав, что я ускользаю, сжимает в стальных объятиях еще сильнее.
- Ох-х-х… Да я же только… положить…
- Не дергайся, я не люблю, когда ты так…
Еще бы. Ему же послушная кукла нужна. Должно быть, последствия работы с Сасори сказываются, черт бы его побрал. Тяга к марионеткам, угодливо выгибающимся навстречу жестоким рукам и холодным глазам. И этой издевательской ухмылке. Так и засветил бы кулаком, хоть раз бы… чувствую, что это принесло бы просто неслыханную радость.
Одной рукой продолжаю водить по его плечу, неожиданно опуская руку на спину, проводя ногтями по позвоночному столбу. Повернув голову в бок, наблюдаю за хитросплетением наших теней. В клубок свились, как змеи. Красиво… Тень Орочимару бесстыдно скользит по моей выгибающейся и дрожащей тени. Он и из меня скоро кобру сделает, изобретет очередную запретную технику повышенной гениальности. Сволочь… любимая…
- Раздвинь ноги шире… раскройся мне…
- Я говорил, что мне не нравятся эти кровати…
- Кабуто, заткнись уже. Я тебе завтра же сюда с пологом ложе доставлю, только сейчас делай, что я говорю. – он уже раздражен. Уже теряет терпение. И совсем немного осталось до того, чтобы как следует разозлить его. И после этого он трахнет меня так, как я хочу. До боли, резко, со всей злости.
Из моего голоса сегодня почти не исчезают капризные нотки. Удивительно перемежаясь с шепотом, они не могут не возбуждать.
Развожу ноги шире, забрасывая одну ему на талию, подавшись немного вперед. Такие редкие мгновения, когда Орочимару почти без своей привычной маски, слегка прикрывает глаза, впиваясь мне в кожу ногтями сильнее. Так, по крупицам, разрушается его контроль.
- Дразниться решил? Ну, я тебе устрою…
Жду не дождусь – едва не срывается с языка. Но я молчу. Только усмехаюсь опять, одной рукой продолжая обнимать его, другую запуская в свои волосы, вытягивая длинные пряди, и отпуская их змейками по подушке.
Он уже больше ничего не говорит, только продолжает грубовато ласкать, явно прогоняя в мыслях то, что я говорил. Черт побери, а мальчишка и правда может быть мне полезен, если вызовет у Орочимару хоть маленькую вспышку ревности. Впрочем, о чем я… Какая ревность? У этого скользкого ублюдка вообще никаких чувств человеческих нет.
Может, я извращенец, но просто обожаю, когда он выпускает язык, и принимается водить им по моему телу. Дразня влажными прикосновениями, щекоча, вычерчивая какие-то знаки, он заставляет меня отключиться от реальности и потерять бдительность. А зря, очень даже. Ведь неизвестно же наверняка – а вдруг он мне проклятую печать возле сердца слюной начертит? С него станется.
- Орочимару-сама… Пожалуйста… - сил терпеть уже больше нет. Свеча вот-вот погаснет, а я еще хочу успеть полюбоваться на искаженное экстазом змеиное лицо, на растрепанные волосы, качающиеся над моим лицом. Хочу услышать хриплый стон, всегда срывающийся у него.
Разгибая мне руку, он выводит кончиком языка на сгибе какие-то узоры, вдруг резко, без предупреждения кусая кожу до крови. И взрыв чувственности накрывает меня с головой. Это просто немыслимо – как я мог забыть о расположенных там весьма сильных эрогенных точках? Позор, кому сказать – засмеют…
Но сейчас не до смеха. В совсем уж неистово пляшущем пламени я вижу, как силуэт Орочимару медлительной изящной змеей перемещается по мне ниже, заставляя вытянуть ногу на всю длину, затем мягко опуская ее себе на плечо. А темное пятно головы исчезает где-то между моим раздвинутыми ногами.
…Обеими руками вцепляясь в подушку, сжимая ее в кулаки, выгибаюсь дугой, невнятно простонав имя своего мучителя. Это вызывает у него усмешку, но совсем не отрывает от занятия, которым он весьма и весьма увлечен. А я сейчас просто умру. Пальцы сжимают подушку так сильно, что, того и гляди, разорвут тонкую ткань наволочки.
- Еще… Прошу вас, еще!
Это так отчаянно сексуально – называть его почтительно на «вы» в тот момент, когда его рот вовсю орудует моим членом. Когда он ублажает меня, по-королевски обходительно доставляет такое наслаждение, что я кричу. Кричу уже сейчас, а ведь это только начало.
- Какой ты у меня громкий, отзывчивый мальчик, - порочно облизывая губы, он приближает лицо ко мне, опуская руку вниз, до боли сжимая плоть, задевая пальцем головку, вынуждая меня опять приподниматься ему навстречу.
- Больно… - зажмуриваюсь, а на губах улыбка.
Ногтями по сверхчувствительной плоти – настоящее извращение. Хотя он и покусать меня может, но доверять ему и одновременно бояться зубов глупо. Я же ему нужен в надлежащем виде, надо полагать.
Еще какое-то время помучив меня, он, наконец, подносит к моему рту два тонких пальца, отлично намекая, что я должен сделать. Что ж, и на том спасибо, Господин… Медленно облизываю его пальцы, глядя в глаза в упор, стараясь посильнее смочить слюной. От этого же, черт возьми, много зависит.
- Ты хорошо ртом работаешь, Кабуто… - сукин сын, он специально, я знаю, специально.
Дрожу, не контролируя себя, последний раз проводя по пальцам языком. Теперь остается только ждать, когда эти пальцы окажутся во мне, и молиться, чтобы боль не оказалась слишком уж сильной. Я ведь, как любой врач, обожаю причинять «боль во благо» другим, но совершенно не умею терпеть ее сам. А еще хорошо, что Саске наплевать ровным счетом на все, а комната этого Сая слишком далеко. Они оба не услышат моих криков…

* * *
Ленивое, почти сибаритское удовольствие – водить кончиками пальцев по обнаженному телу, еще слегка подрагивающему после бурного оргазма. Это не дразнящие прикосновения с целью вновь возбудить, нет. Это дань послевкусия, какой-то почти ненужной, щемящей нежности.
- Кабуто… Сколько ты уже при мне, мм?
Лениво приоткрываю один глаз, запуская пальцы в его растрепавшиеся волосы. И чувствую на груди слева, возле сердца его дыхание.
- При вас? – голос тоже ленивый, сил нет, - То есть, сколько я уже занимаю должность вашего прихвостня?
- Тебе не к лицу такое показное лицемерие. А впрочем, ты в этом весь… - кончик языка опять касается разгоряченной кожи, так собственнически.
Улыбнувшись, позволяю себе капельку вольностей. Обнимаю его крепче за плечи, прижимаясь пахом. Хорошо бы принять душ, но так не хочется вставать, разрывать эту поразительную, щемяще-болезненную, но сладкую близость.
- Орочимару-сама…
- Что? – черт, даже в постели не расслабляется. Я чувствую.
- Для вас и правда имеет большое значение… группа крови подчиненных?
Если сейчас он усмехнется, я завизжу. Ей-богу. Почему мне так хочется порой увидеть в нем что-то человеческое? Почему, я ведь знаю, что в нем человеческого ровно столько же, сколько во мне милосердия? Но… Я бы так хотел верить, что он способен любить, любить меня, так, как я хочу. Не только телом, потому что я-то принадлежу ему и телом и душой, а он… А он – ничей. Никаких привязанностей, никаких чувств, только инстинкты. Я лучше, чем кто-либо понимаю, что здоровому мужскому организму необходимо время от времени удовлетворять свои естественные желания. Вот так. Цинично. Здесь нет ни правых, ни виноватых, ни добра, ни зла – одна только Сила.
Он молчит, положив подбородок мне на грудь, и смотрит куда-то в сторону, словно разгадывая узор на стенах.
- Разумеется, это имеет значение. Подчиненные с группой крови А чрезвычайно полезны. Они – лучшие. Взять хотя бы того же Кимимаро. Или Саске-куна…
- Опять Саске-кун! – не сдерживаюсь, отвернувшись, упираясь взглядом в потолок. А оттолкнуть сил нет, черт бы побрал все на свете.
- Тихо, что за инфантильность, Кабуто? Я ведь говорил о подчиненных…
Годы тренировок, естественные свойства характера и влияние Орочимару в итоге сделали свое дело. В то время, как мне хочется подняться на локтях, взять его лицо в ладони, развернуть к себе, и прочесть что-то в глазах с вертикальными зрачками – я всего-то на мгновение затаиваю дыхание, понимая, что он сейчас скажет.
- …о подчиненных. А ты – другое. Наверное, это последнее звено, как-то связывающее меня с сознанием того, что я где-то в глубине души еще немного человек.
- Какое признание. – только и могу выдавить, а чертово сердце так и колотится, колотится как бешенное.
- Признание? Называй как хочешь, Кабуто… Да, наверное, ты прав.
Свеча давно погасла, в комнате кромешная тьма. Не понимаю, почему я вижу его, как мои глаза умудряются различать что-то. Он-то все прекрасно видит и во тьме, для меня это не открытие. Но…
- Помолчи, я хочу немного тишины.
Закусываю губу, неосознанно обнимая его крепче за плечи. И чувствую, как и его руки плотнее смыкаются вокруг моей талии, а пальцы почти замирают, хотя секунду назад с явным удовольствием размазывали по бедрам мутную влагу – знак принадлежности только ему.
Группа крови. Раньше я не придавал ей значения, но после сегодняшних совершенно неожиданных слов, делаю поразительное открытие. У нас общая группа. Ну, конечно же… Как же я раньше мог не заметить? Мы оба с большим трудом принимаем решения, спокойны и уравновешенны. И даже похожи в чем-то, весьма сильно…
АВ. Четвертая. Самая редкая, принимающая в себя любую другую. Универсальный реципиент, нас трудно уничтожить, надо еще постараться, верно, Орочимару-сама?
Вы, обнимая меня сейчас, после того, как овладели моим телом, знаете, что я прав. А я, задыхаясь от близости, от так и не признанных самим собой чувств, буду с вами до самой смерти.
Хотя смерти в обычном ее понимании нет. Вы – живое тому доказательство.

__________________
0 – первая
А – вторая
В – третья
АВ - четвертая

19

Так продолжу тему о Акацуках. Случайно тут наткнулся на потрясающий фанф на тему акацучного чата. Разрешение на размещение получать, простите, взападло поэтому просто оставляю ссылочку. Посмотрите не пожалеете и настроение поднимете.  :D 
http://narutoyaoi.ru/publ/19-1-0-3670



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC